Плененная мной демоница Хина
Стриптиз танцует грациозно у камина.
Хиночка мне очень благодарна,
Что я помиловал ее и ебу ударно!

Бывшая глава дисциплинарного совета
Меня покорно радует минетом.
Она развратом в тайне наслаждается,
Перевоспитаться слезно обещается.
Быть моей наложницей Хиночка гордится,
Но еще не готова напрямую объясниться.

Как пленница полностью принадлежит мне эта няшка
От ножек и до рожек.
Даже ее фиолетовые глазки
Нравятся мне тоже!

Демонические крылья и грозный нимб Хину украшают,
Заслужить мое прощение девочка мечтает.
В постели она мне покорно как подушка отдается,
Ее очаровательная грудь мило в такт трясется.
С влюбленным видом она нежно мою залупу лобызает,
Сперму с радостью глотает и томно так вздыхает.
Охотно дает мне, сидя на коленях, а также в позе рака.
Подмахивает попой и крыльями, однако.
Во время секса личико у Хины мило так краснеет -
Она прятать под подушку ахегао не умеет!

Когда от страсти она потеет, то приятно пахнет.
Пусть и Хина и карланша, но мне ее всегда приятно трахнуть!
Внутри она всегда кайфово так узка…
Женские прелести Хиночки мне приятно так ласкать!
Хина рада мне давать в одних колготках,
Делает вид, боится что щекотки
И довольна, если я хочу ей побрить пелотку.
Меня ублажает в душе как мочалка и на сеновале
И советский гимн неплохо играет на рояле!

А ее помощница Акау Ако
Тоже ко мне попала в плен и мне послушна, как собака!
Друг друга в тройничке они прекрасно дополняют,
И мне панцури делать Хина Ако позволяет.
Раздвоив читами член, я их одновременно заправляю спермой,
Девицы одновременно оргазмируют и мне служат верно.
Они мне дают охотно в позе бутерброда
И неистово выносят с мочана идиотов.
Просят им поручить самые опасные задания,
Ведь в защите Гибли-верса видят теперь свое призвание.
Грозно так смотрится противотанковая пушка
В ручках этой миниатюрной инфернальной душки!

В бою как валькирия Хина Сорасаки хороша,
Выстрелы из ее адской вундервафли моих врагов толпами крошат.
Она уже десятки бывших ЖЖ-мамонтов забила
И первой из пленниц от меня награду получила.
Хошино даже с Хиной и со мной тройничком жаждет заняться,
Когда та будет помилована и начнет рядовой наложницей считаться!
Я вижу, что Хина делает все с толком
И скоро станет образцовой комсомолкой!

///

Фашисты из «Геенны» не простили униженье
И вскоре начали в Абидос подлое вторженье!
Они команду Ару дезертирками считали,
Их публично покарать, видимо, мечтали.

Но Гибли-войска были уже к денацификации готовы
И жаждали коричневых гиен наказать сурово.
У адских фашистов быстро рухнул план блицкрига,
А их цитадели в руины превратились мигом.
Наши мехи и ракеты злодеев покарали,
Среди развалин их трупы долго дотлевали.

Осиное гнездо боевиков и террористов было уничтожено,
И начало моего всеобщего признания в Кивотосе положено.
Я показал им настоящую суровую войну,
Как и подобает Гибли-верса сёгуну.
Сатанофашисты впервые сами понесли адовы потери -
Из академгородка трусливо бежали почти все из тех, кто уцелели!

Мои ученицы в битве образцово супостатов рвали,
Родную школу защитить они очень желали.
«Решалы-68» в бою тоже отличились,
Захватом пленных они очень гордились.
К большому удивлению вскоре оказалось,
Что в плен их президент дисциплинарного совета с помощницею сдались.
Это была сама Хина Сорасаки, лоли-демоница -
Мне было известно, что ее пол-Кивотоса боится!

Однако мои ученицы пленниц пощадить просили,
Хошино с Ару нежно так пищали и умильно голосили:
-Эти двое из «Геенны» - первые из адекватов,
А остальные почти все там - дегенераты!
Хина нам в битве с ЧВК даже помогала.
В отличии от других геенновцев ее всегда благородство отличало!
Тебя мы умоляем Хину и Аку не казнить,
А позволить грехи им искупить!

Я удивился, что такие крутые демоницы
Сдались в плен без боя, чего даже у фашистов принято стыдиться.
Но этому могло быть простое объяснение,
Что они в мой гарем стремились, стыдясь свои кандидатуры внести на предложение!
Хина и Ако Амау у моего трона на колени встали
И так подобострастно запищали:
-Прости же нас, о мудрый повелитель!
Школы «Абидос» прославленный спаситель!
Мы вероломное нападение на вас совсем не одобряли,
Но наши протесты в «Пандемониуме» слушать не желали!
Готовы натурой и в бою ущерб мы отработать
И массово казнить твоих врагов, двачеидиотов!
Мы готовы к упрощению и денацификации,
На твоей службе обещаем за двоих стараться!

Ако махала как белым флагом своими труселями,
А Хина кланялась мне в ноги, касаясь их рогами.
По ауре я увидел, что Хина - не лоля, а карланша, но притом добродетельная целка.
И казнить невинную милаху будет слишком жестоко и неверно.
Как базовик высоких тней люблю я обнимать,
А карланш привык в гарем не принимать.
Но, если они сдаются в плен, то неудобно отказать.
В итоге я под рукоплескания довольных учениц
Даровал помилование пленницам, распростертым ниц.
Тогда Хина с Ако снова перед троном на колени встали
И клятву о вечной службе с радостью мне дали.

Потом по примеру Ару они старую форму сняли
И предо мною в одном белье предстали.
Фашистская их униформа сожжена была,
Пленницы были отправлены в душ, где разделись догола.
Им были выданы потом легкие халаты,
И они подняться на лифте в мою спальню были рады.

Ако оказалась опытной девицей
И неистово хотела со мной совокупиться.
Я больше часа ударно с ней ебался,
В разных позах этой сисяхой наслаждался.
Ей во все дыры щедро изливался.

Хина, глядя на разврат подруги, адски покраснела,
Но сохранить хладнокровие сумела.
Сначала мы с ней сладко целовались,
Хиночка дрожала и быстро возбуждалась.

Затем она включила режим покорности и нежно мне отдалась,
Забыв про боль, на член мой насаждалась.
Несмотря на цундерную холодность, в постели она была горяча,
И я понял, что иметь такую пленницу - редкая удача.

Я Хиной насладился в разных позах
И понаставил на ее кавайные сисечки засосов.
Она сумела продержаться до оргазма,
А потом сосала неумело, крыльями маша от страсти...