Пять машинных переводов одной главы

Стивен Бакстер, «Timelike Infinity», начало главы 1 — все 102 абзаца.
Перевод EN→RU конвейером BookTrans, один справочник имён у всех моделей.

flash = gemini-3.7-flash (high)
opus = claude-opus-5
sol = gpt-5.6-sol (codex)
pro = gemini-3.1-pro (high)
flash 3.8 = gemini-3.8-flash (high), дозамер 2026-09-03

1

EN: The flitter rose from occupied Earth like a stone thrown from a blue bowl. The little cylindrical craft tumbled slowly as it climbed, sparkling.Qax Jasoft Parz had been summoned to a meeting, in orbit, with the Qax Governor of Earth. Parz scoured a mind worn into grooves of habit by his years in the diplomatic service for reasons for this summons. It must be connected with the arrival of the damned wormhole, of course - that had stirred up the Qax like a stick in a hornets’ nest.

flash: Флиттер взмыл над оккупированной Землёй, точно камень, брошенный из синей чаши. Маленький цилиндрический кораблик, сверкая, медленно кувыркался при подъёме. Джасофта Парза вызвали на встречу на орбите с Губернатором Земли. Парз перебирал в памяти, изборождённой колеями привычек за долгие годы дипломатической службы, возможные причины этого вызова. Разумеется, дело было в появлении проклятой червоточины — она растревожила кваксов, словно палка в осином гнезде.

opus: Флиттер поднялся с оккупированной Земли, будто камень, брошенный из синей чаши. Маленький цилиндрический аппарат медленно кувыркался и поблёскивал, набирая высоту. Джасофта Парза вызвали на встречу — на орбиту, к Губернатору Земли. Парз перебирал разум, за годы дипломатической службы истёртый в колеи привычки, ища причину этого вызова. Дело, разумеется, в появлении проклятой червоточины — она растревожила кваксов, как палка осиное гнездо.

sol: Флиттер взмыл с оккупированной Земли, словно камень, брошенный из голубой чаши. Маленький цилиндрический аппарат медленно кувыркался, набирая высоту и посверкивая. Посла при кваксах Джасофта Парза вызвали на орбиту, на встречу с Губернатором Земли. Парз перебирал умом, за долгие годы дипломатической службы проторившим глубокие колеи привычек, возможные причины этого вызова. Разумеется, дело наверняка связано с появлением проклятой червоточины — она растревожила кваксов, словно палка, сунутая в осиное гнездо.

pro: Флиттер поднялся с оккупированной Земли, словно камень, брошенный из синей чаши. Набирая высоту, маленький цилиндрический аппарат медленно кувыркался и искрился. Джасофт Парз был вызван на орбиту, на встречу с Губернатором Земли. Парз рылся в уме, истёртом в колеи привычек за годы дипломатической службы, в поисках причин этого вызова. Разумеется, это должно быть связано с прибытием проклятой червоточины — она взбудоражила кваксов, как палка в осином гнезде.

flash 3.8: Флиттер поднимался от оккупированной Земли, словно камень, выброшенный из синей чаши. Маленький цилиндрический катер, поблёскивая, медленно кувыркался на подъёме. Джасофт Парз был вызван на встречу на орбите с Губернатором Земли. Парз перерывал свой ум, истёртый годами дипломатической службы в привычные колеи, в поисках причин этого вызова. Разумеется, дело в появлении проклятой червоточины — она взбудоражила кваксов, словно палка, сунутая в осиное гнездо.

2

EN: But why summon him now? What had changed?

flash: Но почему его вызвали именно сейчас? Что изменилось?

opus: Но почему вызвали именно сейчас? Что изменилось?

sol: Но почему его вызвали именно сейчас? Что изменилось?

pro: Но зачем вызывать его сейчас? Что изменилось?

flash 3.8: Но зачем вызывать его сейчас? Что изменилось?

3

EN: As his distance from the planet increased, so grew Parz’s apprehension.

flash: По мере того как расстояние до планеты росло, крепла и тревога Парза.

opus: Чем дальше уходила планета, тем сильнее становилась тревога Парза.

sol: Чем дальше Парз удалялся от планеты, тем сильнее росла его тревога.

pro: По мере того как увеличивалось расстояние до планеты, росла и тревога Парза.

flash 3.8: По мере того как расстояние до планеты росло, усиливалась и тревога Парза.

4

EN: Alone in the automated flitter, Parz watched shafts of cerulean Earthlight thread through the small ports and, twisting with the craft’s rotation, dissect the dusty air around him. As always, the glowing innocence of the planet took his breath away. Two centuries of Qax occupation had left few visible scars on Earth’s surface - far fewer, in fact, than those wrought by humans during their slow, haphazard rise to technological civilization. But still it was disturbing to see how the Qax-run plankton farms bordered every continent in green; and on the land, scattered and gleaming plains of glass marked man’s brief and inglorious struggle against the Qax.

flash: Один в автоматическом флиттере, Парз наблюдал, как лучи лазурного земного света проникают сквозь маленькие иллюминаторы и, закручиваясь вместе с вращением кораблика, рассекают пыльный воздух вокруг него. Как и всегда, сияющая невинность планеты захватывала дух. Два века Оккупации оставили на поверхности Земли мало заметных шрамов — куда меньше, по правде сказать, чем нанесло человечество за время своего медленного, беспорядочного восхождения к технологической цивилизации. И всё же было не по себе видеть, как управляемые кваксами планктонные фермы окаймляют зеленью каждый континент, а на суше редкие поблёскивающие стеклянные равнины отмечают следы короткой и бесславной борьбы человечества с кваксами.

opus: Один в автоматическом флиттере, Парз смотрел, как лазурные лучи земного света протягиваются в маленькие иллюминаторы и, поворачиваясь вместе с аппаратом, рассекают пыльный воздух вокруг. Как всегда, сияющая невинность планеты захватывала дух. Два века оккупации кваксов оставили на поверхности Земли немного заметных шрамов — куда меньше, по правде говоря, чем нанесли сами люди за своё медленное и беспорядочное восхождение к технической цивилизации. И всё же тревожно было видеть, как планктонные фермы кваксов окаймляют зеленью все материки; а на суше разбросанные блестящие стеклянные равнины отмечали короткую и бесславную борьбу человека против кваксов.

sol: Один в автоматическом флиттере, Парз смотрел, как лучи лазурного света Земли проникают сквозь маленькие иллюминаторы и, поворачиваясь вместе с вращением аппарата, рассекают пыльный воздух вокруг него. Как всегда, сияющая невинность планеты лишала его дыхания. Два столетия квакской Оккупации оставили на поверхности Земли мало видимых шрамов — куда меньше, в сущности, чем нанесли сами люди за время своего медленного, беспорядочного восхождения к технической цивилизации. И всё же было жутко видеть, как планктонные фермы под управлением кваксов окаймляют зеленью каждый материк, а на суше разбросаны сверкающие стеклянные равнины — следы недолгой и бесславной борьбы человечества против кваксов.

pro: Один в автоматическом флиттере, Парз смотрел, как лучи лазурного света Земли проникают сквозь маленькие иллюминаторы и, закручиваясь от вращения аппарата, рассекают пыльный воздух вокруг него. Как и всегда, сияющая невинность планеты захватывала дух. Два века Оккупации кваксов оставили на поверхности Земли мало видимых шрамов — гораздо меньше, на самом деле, чем те, что нанесли люди за время своего медленного, беспорядочного подъёма к технологической цивилизации. Но всё равно было тревожно видеть, как управляемые кваксами планктонные фермы окаймляли каждый материк зеленью, а на суше разбросанные сверкающие стеклянные равнины отмечали краткую и бесславную борьбу человека против кваксов.

flash 3.8: Один в автоматическом флиттере, Парз наблюдал, как лазурные лучи земного света пробиваются сквозь узкие иллюминаторы и, закручиваясь вместе с вращением катера, рассекают вокруг него пыльный воздух. Как и всегда, от сияющей невинности планеты у него захватывало дух. Два века Оккупации кваксов оставили на поверхности Земли мало видимых шрамов — куда меньше, по правде говоря, чем нанесли сами люди за время своего медленного, беспорядочного восхождения к технологической цивилизации. И всё же было жутко видеть, как планктонные фермы кваксов окаймляют зеленью каждый материк, а на суше редкие поблёскивающие стеклянные равнины отмечают следы короткой и бесславной борьбы человека против кваксов.

5

EN: Parz had studied these mirrored landscapes from space - how many times before? A hundred, a thousand times? And each time he had struggled to recall the reactions of his youth on first seeing the sites of the destroyed cities. That liberating, burning anger; the determination not to compromise as those around him had compromised. Yes, he would work within the system - even carve out a career in the hated diplomatic service, the collaborative go-between of human and Qax. But his purpose had been to find a way to restore the pride of man.

flash: Парз разглядывал эти зеркальные ландшафты из космоса — сколько раз уже? Сотню, тысячу? И всякий раз силился вспомнить, что чувствовал в юности, когда впервые увидел места уничтоженных городов. Тот освобождающий, жгучий гнев; решимость не идти на компромиссы, на которые шли окружающие. Да, он станет работать внутри системы — даже сделает карьеру в ненавистной дипломатической службе, в этом коллаборационистском звене между людьми и кваксами. Но целью его было найти способ вернуть человеку былую гордость.

opus: Парз разглядывал эти зеркальные пейзажи из космоса — сколько раз до того? Сто? Тысячу? И каждый раз силился вспомнить, что чувствовал в юности, впервые увидев места уничтоженных городов. Тот освобождающий, жгучий гнев; решимость не идти на сделки, на какие шли все вокруг. Да, он будет работать внутри системы — даже сделает карьеру в ненавистной дипломатической службе, коллаборационистской посреднице между людьми и кваксами. Но цель у него была одна: найти способ вернуть человеку гордость.

sol: Парз изучал эти зеркальные пейзажи из космоса — сколько раз уже? Сто, тысячу? И всякий раз пытался вспомнить, что чувствовал в юности, впервые увидев места уничтоженных городов. Тот освобождающий, жгучий гнев; решимость не идти на компромисс, как пошли все вокруг. Да, он будет действовать внутри системы — даже сделает карьеру на ненавистной дипломатической службе, став коллаборационистом-посредником между людьми и кваксами. Но его целью было найти способ вернуть человечеству гордость.

pro: Парз изучал эти зеркальные ландшафты из космоса — сколько раз? Сотню, тысячу раз? И каждый раз он силился вспомнить реакцию своей молодости, когда впервые увидел места уничтоженных городов. Тот освобождающий, жгучий гнев; решимость не идти на компромисс, как пошли на него окружающие. Да, он будет работать внутри системы — даже сделает карьеру в ненавистной дипломатической службе, коллаборационистском посреднике между человеком и кваксами. Но его целью было найти способ вернуть человеку гордость.

flash 3.8: Парз разглядывал эти зеркальные пейзажи из космоса — сколько раз уже? Сотню, тысячу раз? И всякий раз он тщетно пытался воскресить в памяти то, что чувствовал в юности, когда впервые увидел места разрушенных городов. Тот освобождающий, жгучий гнев; решимость не идти на компромиссы, как шли окружающие. Да, он будет действовать внутри системы — даже сделает карьеру на ненавистной дипломатической службе, в этом коллаборационистском звене между людьми и кваксами. Но его целью было найти способ вернуть человеку былую гордость.

6

EN: Well, Jasoft, he asked himself; and what has become of those fine intentions? Where did they get lost, over all these muddy years? Parz probed at his leathery old emotions. Sometimes he wondered if it were possible for him genuinely to feel anything any more; even the city-scars had been degraded in his perception, so that now they served only as convenient triggers of nostalgia for his youth.

flash: «Ну что, Джасофт, — спросил он себя, — и что сталось с теми прекрасными намерениями? Где они затерялись за все эти смутные годы?» Парз словно ощупывал свои огрубевшие старые чувства. Временами он сомневался, способен ли вообще ещё испытывать что-то по-настоящему; даже шрамы на месте городов поблекли в его восприятии и теперь служили лишь удобным поводом для ностальгии по юности.

opus: Ну что же, Джасофт, спрашивал он себя, и что сталось с этими прекрасными намерениями? Где ты растерял их за все эти мутные годы? Парз потрогал свои старые, задубевшие чувства. Иногда он думал, способен ли ещё хоть что-нибудь чувствовать по-настоящему; даже шрамы городов обесценились в его восприятии и служили теперь лишь удобным поводом для тоски по молодости.

sol: Ну что, Джасофт, спросил он себя, куда же подевались эти прекрасные намерения? Где они затерялись за все эти мутные годы? Парз принялся ворошить свои задубевшие старые чувства. Порой он сомневался, способен ли ещё вообще что-нибудь чувствовать по-настоящему; даже городские шрамы поблекли в его восприятии и теперь служили лишь удобными спусковыми крючками для ностальгии по юности.

pro: Ну что ж, Джасофт, — спросил он себя. — И что стало с теми прекрасными намерениями? Где они затерялись за все эти мутные годы? Парз пощупал свои огрубевшие старые эмоции. Иногда он задавался вопросом, способен ли он ещё вообще хоть что-то искренне чувствовать; в его восприятии обесценились даже города-шрамы, так что теперь они служили лишь удобными триггерами ностальгии по молодости.

flash 3.8: «Ну что, Джасофт, — спросил он себя, — и что стало с теми прекрасными намерениями? Где они затерялись за все эти мутные годы?» Парз ощупал свои задубевшие старческие чувства. Порой он задавался вопросом, способен ли он вообще ещё хоть что-то искренне чувствовать; даже городские шрамы в его восприятии выродились и служили теперь лишь удобным поводом для ностальгии по юности.

7

EN: Of course, if he wished, he could blame the Qax even for his very aging. Had the Qax not destroyed mankind’s AntiSenescence technology base within months of the Occupation?

flash: Разумеется, при желании он мог винить кваксов даже в собственном старении. Разве кваксы не уничтожили технологическую базу Антистарения всего через несколько месяцев после начала Оккупации?

opus: Разумеется, при желании он мог винить кваксов и в самой своей старости. Разве не они за считаные месяцы после начала Оккупации уничтожили всю технологическую базу Антистарения?

sol: Конечно, при желании он мог винить кваксов даже в том, что вообще стареет. Разве не уничтожили кваксы технологическую базу человеческого Антистарения в первые же месяцы Оккупации?

pro: Конечно, при желании он мог бы винить кваксов даже в самом своём старении. Разве кваксы не уничтожили технологическую базу Антистарения человечества в первые же месяцы Оккупации?

flash 3.8: Конечно, при желании он мог бы винить кваксов даже в собственном старении. Разве не уничтожили кваксы технологическую базу Антистарения человечества всего через несколько месяцев после начала Оккупации?

8

EN: Sometimes Parz wondered how it would feel to be an AS-preserved person. What would nostalgia be, for the permanently young?

flash: Порой Парз задумывался, каково это — быть человеком, сохранённым АС. Чем была бы ностальгия для тех, кто вечно молод?

opus: Иногда Парз задумывался: каково это — быть сохранённым АС? Чем становится тоска по прошлому для вечно молодых?

sol: Иногда Парз задумывался, каково это — быть человеком, сохранённым АС. Что такое ностальгия для вечно молодых?

pro: Иногда Парз задавался вопросом, каково это — быть АС-сохранённым человеком. Чем была бы ностальгия для вечно молодых?

flash 3.8: Порой Парз гадал, каково это — быть человеком, сохранённым АС. Чем была бы ностальгия для вечно молодых?

9

EN: A soft chime sounded through the flitter, warning Parz that his rendezvous with the Spline fleet was less than five minutes away. Parz settled back in his seat and closed his eyes, sighing a little as semi-sentient cushions adjusted themselves to the curvature of his spine and prodded and poked at aching back muscles; he rested his bony, liver-spotted fingers on the briefcase which lay on the small table before him. He tried to focus on his coming meeting with the Governor. This was going to be a difficult meeting - but had they ever been easy? Parz’s challenge was going to be to find a way to calm the Governor, somehow: to persuade it not to take any drastic action as a result of the wormhole incident, not to stiffen the Occupation laws again.

flash: Во флиттере мягко прозвучал сигнал, предупреждая Парза, что до встречи с флотом сплайнов осталось меньше пяти минут. Парз откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, слегка вздохнув, когда полуразумные подушки подстроились под изгиб его позвоночника и принялись разминать и массировать ноющие мышцы спины; он положил костлявые, покрытые печёночными пятнами пальцы на портфель, лежавший на столике перед ним. Он попытался сосредоточиться на предстоящей встрече с Губернатором. Встреча предстояла тяжёлая — но разве они бывали лёгкими? Задача Парза состояла в том, чтобы как-то успокоить Губернатора: убедить его не предпринимать никаких крайних мер из-за инцидента с червоточиной и снова не ужесточать законы Оккупации.

opus: По флиттеру разнёсся мягкий звон: до встречи с флотом сплайнов оставалось меньше пяти минут. Парз откинулся в кресле и закрыл глаза, тихо вздохнув, когда полуразумные подушки подстроились под изгиб позвоночника и принялись тыкать и мять ноющие мышцы спины; костлявые пальцы в старческих пятнах он положил на портфель, лежавший на столике перед ним. Он попытался сосредоточиться на предстоящей встрече с Губернатором. Встреча будет трудной — а бывали ли они лёгкими? Задача Парза — как-нибудь успокоить Губернатора: убедить его не принимать резких мер из-за случая с червоточиной, не ужесточать снова законы Оккупации.

sol: По флиттеру разнёсся мягкий звон, предупреждая Парза, что до встречи с флотом сплайнов осталось меньше пяти минут. Парз откинулся в кресле и закрыл глаза, слегка вздохнув, когда полуразумные подушки подстроились под изгиб его позвоночника и принялись мять и ощупывать ноющие мышцы спины; костлявые, покрытые старческими пятнами пальцы он положил на портфель, лежавший на маленьком столике перед ним. Он постарался сосредоточиться на предстоящей встрече с Губернатором. Встреча обещала быть трудной — а разве они когда-нибудь давались легко? Парзу предстояло каким-то образом успокоить Губернатора: убедить его не предпринимать решительных действий из-за происшествия с червоточиной, снова не ужесточать законы Оккупации.

pro: Внутри флиттера раздался мягкий мелодичный звон, предупреждая Парза, что до встречи с флотом сплайнов осталось меньше пяти минут. Парз откинулся в кресле и закрыл глаза, слегка вздохнув, когда полуразумные подушки подстроились под изгиб его позвоночника и принялись массировать ноющие мышцы спины; он положил свои костлявые, покрытые печёночными пятнами пальцы на портфель, лежавший на маленьком столике перед ним. Он попытался сосредоточиться на предстоящей встрече с Губернатором. Встреча будет трудной — впрочем, бывали ли они когда-нибудь лёгкими? Задача Парза состояла в том, чтобы найти способ как-то успокоить Губернатора: убедить его не предпринимать никаких радикальных действий в связи с инцидентом с червоточиной, не ужесточать законы Оккупации снова.

flash 3.8: Во флиттере негромко прозвучал сигнал, предупреждая Парза, что до встречи с флотом сплайнов осталось меньше пяти минут. Парз откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, слегка вздохнув, когда полуразумные подушки приноровились к изгибу его позвоночника и принялись массировать и разминать ноющие мышцы спины; свои костлявые, покрытые печёночными пятнами пальцы он положил на портфель, лежавший на столике перед ним. Он попытался сосредоточиться на предстоящей встрече с Губернатором. Встреча предстояла тяжёлая — впрочем, бывали ли они когда-нибудь лёгкими? Задача Парза заключалась в том, чтобы как-то успокоить Губернатора: убедить его не предпринимать никаких крайних мер из-за инцидента с червоточиной и не ужесточать вновь законы Оккупации.

10

EN: As if on cue the mile-wide bulk of the Governor’s Spline flagship slid into his view, dwarfing the flitter and eclipsing Earth. Parz could not help but quail before the Spline’s bulk. The flagship was a rough sphere, free of the insignia and markings which would have adorned the human vessels of a few centuries earlier. The hull was composed not of metal or plastic but of a wrinkled, leathery hide, reminiscent of the epidermis of some battered old elephant. This skin-hull was punctured with pockmarks yards wide, vast navels within which sensors and weapons glittered suspiciously. In one pit an eye rolled, fixing Parz disconcertingly; the eye was a gleaming ball three yards across and startlingly human, a testament to the power of convergent evolution. Parz found himself turning away from its stare, almost guiltily. Like the rest of the Spline’s organs the eye had been hardened to survive the bleak conditions of spaceflight - including the jarring, shifting perspectives of hyperspace - and had been adapted to serve the needs of the craft’s passengers. But the Spline itself remained sentient, Parz knew; and he wondered now how much of the weight of that huge gaze came from the awareness of the Spline itself, and how much from the secondary attention of its passengers.

flash: Словно по сигналу, в поле зрения вплыла громада флагманского сплайна Губернатора шириной в милю, затмевая Землю и превращая флиттер в ничтожную точку. Парз невольно оробел перед этой тушей. Флагман представлял собой неровный шар, лишённый эмблем и опознавательных знаков, какими украшались человеческие корабли несколько столетий назад. Обшивка состояла не из металла или пластика, а из складчатой кожистой шкуры, напоминавшей эпидермис старого, покрытого боевыми шрамами слона. Эту плоть-обшивку прорезали оспины шириной в ярды — огромные пупки, внутри которых подозрительно поблёскивали датчики и орудия. В одной из ям вращался глаз, смущающе уставившись прямо на Парза; этот глаз был блестящим шаром в три ярда поперечником и поразительно напоминал человеческий — свидетельство мощи конвергентной эволюции. Парз поймал себя на том, что отводит взгляд от этого взора, почти с чувством вины. Как и прочие органы сплайна, глаз был закалён, чтобы выдерживать суровые условия космического полёта — включая резкие, смещающиеся перспективы гиперпространства, — и приспособлен для нужд пассажиров корабля. Но сам сплайн оставался разумным, Парз это знал; и сейчас он гадал, сколько в тяжести этого гигантского взгляда было от сознания самого сплайна, а сколько — от вторичного внимания его пассажиров.

opus: Словно по сигналу в поле зрения вплыла громада флагманского сплайна Губернатора — миля в поперечнике, — рядом с которой флиттер стал крошечным, и заслонила Землю. Парз невольно оробел перед этой тушей. Флагман был неровным шаром, без опознавательных знаков и надписей, какие украшали бы человеческие корабли несколькими веками раньше. Обшивка — не из металла и не из пластика, а из морщинистой дублёной шкуры, напоминавшей кожу старого потрёпанного слона. Эта плоть-обшивка была изрыта оспинами в несколько ярдов шириной — огромными пупками, в глубине которых подозрительно поблёскивали датчики и орудия. В одной из ям поворачивался глаз, смущающе уставившийся на Парза; блестящий шар трёх ярдов в поперечнике, поразительно человеческий — свидетельство силы конвергентной эволюции. Парз обнаружил, что отворачивается от этого взгляда, почти виновато. Как и остальные органы сплайна, глаз был закалён, чтобы выдерживать суровые условия космического полёта — в том числе выворачивающие, зыбкие перспективы гиперпространства, — и приспособлен под нужды пассажиров корабля. Но сам сплайн, знал Парз, оставался разумным; и теперь он гадал, много ли в тяжести этого огромного взгляда от сознания самого сплайна, а сколько — от вторичного внимания его пассажиров.

sol: Словно по сигналу, в поле зрения вплыла туша флагманского сплайна Губернатора шириной в милю, затмив флиттер и заслонив Землю. Парз не мог не робеть перед громадой сплайна. Флагман представлял собой неровный шар, лишённый эмблем и знаков, которыми несколькими столетиями ранее непременно украсили бы человеческие суда. Обшивка состояла не из металла или пластика, а из морщинистой кожистой шкуры, напоминавшей эпидермис старого, потрёпанного жизнью слона. Эту плоть-обшивку усеивали оспины шириной в несколько ярдов — огромные пупки, в глубине которых подозрительно поблёскивали датчики и орудия. В одной впадине вращался глаз, неприятно пристально следивший за Парзом; сверкающий шар трёх ярдов в поперечнике выглядел поразительно человеческим — свидетельство могущества конвергентной эволюции. Парз поймал себя на том, что почти виновато отворачивается от его взгляда. Как и прочие органы сплайна, глаз был укреплён, чтобы выдерживать суровые условия космического полёта — в том числе резкие, смещающиеся перспективы гиперпространства, — и приспособлен к нуждам пассажиров корабля. Но сам сплайн оставался разумным, это Парз знал; и теперь он гадал, сколько в тяжести этого огромного взгляда было от сознания самого сплайна, а сколько — от направленного на него внимания пассажиров.

pro: Словно по команде, в его поле зрения вплыла мильной ширины громада флагманского сплайна Губернатора, затмевая флиттер и заслоняя Землю. Парз не мог не содрогнуться перед размерами сплайна. Флагман представлял собой неровную сферу, лишенную знаков отличия и маркировки, которые украшали бы человеческие суда несколько веков назад. Его обшивка состояла не из металла или пластика, а из морщинистой, жесткой шкуры, напоминавшей эпидермис какого-нибудь потрёпанного старого слона. Эту плоть-обшивку усеивали оспины шириной в ярды — огромные пупки, внутри которых подозрительно поблескивали датчики и оружие. В одной из ям вращался глаз, сбивая Парза с толку своим пристальным взглядом; глаз представлял собой блестящий шар трёх ярдов в поперечнике и выглядел поразительно человеческим — свидетельство мощи конвергентной эволюции. Парз поймал себя на том, что отворачивается от его взгляда, почти с чувством вины. Как и остальные органы сплайна, глаз был закалён, чтобы выдерживать суровые условия космического полёта — включая тряские, меняющиеся перспективы гиперпространства, — и был приспособлен для обслуживания нужд пассажиров корабля. Но сам сплайн оставался разумным, Парз это знал; и теперь он гадал, какая часть тяжести этого огромного взгляда исходила от сознания самого сплайна, а какая — от вторичного внимания его пассажиров.

flash 3.8: Словно по сигналу, в поле зрения вплыла шириной в милю туша флагманского сплайна Губернатора, заслонив Землю и обратив флиттер в ничтожество. Парз невольно оробел перед громадой сплайна. Флагман представлял собой неровный шар, лишённый каких-либо эмблем или опознавательных знаков, которые украшали бы человеческие суда несколько веков назад. Его обшивка состояла не из металла или пластика, а из морщинистой кожистой шкуры, напоминавшей эпидермис какого-нибудь старого потрёпанного слона. Эту плоть-обшивку пробивали оспины шириной в несколько ярдов — огромные пупки, внутри которых подозрительно поблёскивали датчики и орудия. В одном углублении ворочался глаз, смущающе уставившийся на Парза; этот глаз представлял собой блестящий шар ярда три в поперечнике и выглядел поразительно по-человечески — наглядное свидетельство мощи конвергентной эволюции. Парз поймал себя на том, что отводит взгляд от этого взора, почти виновато. Как и остальные органы сплайна, глаз был закалён, чтобы выдерживать суровые условия космического полёта — включая резкие, смещающиеся ракурсы гиперпространства, — и приспособлен для нужд пассажиров корабля. Но сам сплайн оставался разумным, Парз знал это; и теперь он думал о том, какая доля тяжести этого исполинского взгляда исходит от сознания самого сплайна, а какая — от вторичного внимания его пассажиров.

11

EN: Parz pushed his face closer to the window. Beyond the Spline’s fleshy horizon, a blue, haunting sliver of Earth arced across the darkness; and to the old man it felt as if a steel cable were tugging his heart to that inaccessible slice of his home planet. And above the blue arc he saw another Spline ship, reduced by perspective to the size of his fist. This one was a warship, he saw; its flesh-hull bristled with weapon emplacements - most of them pointing at Parz, menacingly, as if daring him to try something. The vast threat of the mile-wide battleship struck Parz as comical; he raised a bony fist at the Spline and stuck out his tongue.

flash: Парз прижался лицом ближе к иллюминатору. За мясистым горизонтом сплайна тонкий, щемяще-синий серп Земли изгибался дугой во тьме; старику казалось, будто стальной трос тянет его сердце к этой недосягаемой частице родной планеты. А над синей дугой он увидел ещё один корабль сплайнов, уменьшенный перспективой до размеров его кулака. Это был боевой корабль; его плоть-обшивка ощетинилась орудийными гнёздами — и большинство из них были угрожающе направлены на Парза, словно подначивая его попробовать что-нибудь выкинуть. Чудовищная угроза, исходившая от линкора шириной в милю, показалась Парзу комичной; он погрозил сплайну костлявым кулаком и высунул язык.

opus: Парз придвинулся лицом к иллюминатору. За мясистым горизонтом сплайна уходил дугой во тьму синий, щемящий серп Земли; и старику казалось, будто стальной трос тянет его сердце к этому недоступному ломтю родной планеты. А над синей дугой он увидел ещё один корабль-сплайн, уменьшенный расстоянием до размеров кулака. Это был боевой корабль: его плоть-обшивка щетинилась орудийными гнёздами, и почти все они были угрожающе наведены на Парза, будто подначивая его что-нибудь предпринять. Необъятная угроза этого линкора в милю шириной показалась Парзу комичной; он погрозил сплайну костлявым кулаком и показал язык.

sol: Парз придвинул лицо к окну. За мясистым горизонтом сплайна через тьму изгибался тревожно-прекрасный голубой серп Земли; старику казалось, будто стальной трос тянет его сердце к этому недоступному клочку родной планеты. А над голубой дугой он увидел другой корабль-сплайн, из-за расстояния уменьшившийся до размеров его кулака. Это был военный корабль; его плоть-обшивка щетинилась орудийными установками — большинство угрожающе целилось в Парза, словно подначивая его выкинуть какой-нибудь фокус. Чудовищная угроза линкора шириной в милю показалась Парзу смешной; он погрозил сплайну костлявым кулаком и показал язык.

pro: Парз придвинул лицо ближе к иллюминатору. За плотским горизонтом сплайна сквозь темноту выгибалась синяя, неотвязная долька Земли; и старику казалось, будто стальной трос тянет его сердце к этому недосягаемому ломтю его родной планеты. А над синей дугой он увидел ещё один корабль-сплайн, уменьшенный перспективой до размера его кулака. Это был боевой корабль, как он заметил; его плоть-обшивка щетинилась орудийными установками, и большинство из них угрожающе смотрели на Парза, словно подначивая его выкинуть какой-нибудь фокус. Огромная угроза линкора шириной в милю показалась Парзу комичной; он погрозил сплайну костлявым кулаком и высунул язык.

flash 3.8: Парз приник лицом к иллюминатору. За мясистым горизонтом сплайна во тьме выгибался неотвязный голубой серп Земли; и старику казалось, будто стальной трос тянет его сердце к этому недосягаемому ломтю родной планеты. А над голубой дугой он увидел ещё один корабль-сплайн, сжавшийся от перспективы до размеров его кулака. Это был боевой корабль; его плоть-обшивка ощетинилась орудийными установками, большинство из которых угрожающе целились прямо в Парза, словно провоцируя его рискнуть. Чудовищная угроза, исходившая от линкора шириной в милю, показалась Парзу комичной; он погрозил сплайну костлявым кулаком и высунул язык.

12

EN: Beyond the warship, he saw now, sailed yet another Spline craft, this one a mere pink-brown dot, too distant for his vision - augmented as it was by corneal and retinal image-enhancing technology - to make out details. And beyond that still another Spline rolled through space. Like fleshy moons the fleet encircled the Earth, effortlessly dominant.

flash: За боевым кораблём, как он теперь разглядел, плыл ещё один сплайн — всего лишь розовато-коричневая точка, слишком далёкая, чтобы его зрение, пусть и усиленное технологиями улучшения изображения на роговице и сетчатке, могло разобрать детали. А дальше в пространстве катился ещё один сплайн. Подобно мясистым лунам, флот окружал Землю, демонстрируя безраздельное господство.

opus: За боевым кораблём, разглядел он теперь, шёл ещё один сплайн — всего лишь розовато-бурая точка, слишком далёкая, чтобы его зрение, усиленное роговичной и сетчаточной техникой улучшения изображения, различило подробности. А за ним катился сквозь пространство ещё один. Флот окружал Землю мясистыми лунами, господствуя над ней без всякого усилия.

sol: За военным кораблём, как он теперь разглядел, плыл ещё один сплайн — всего лишь розовато-бурая точка, слишком далёкая, чтобы различить подробности даже зрением Парза, усиленным технологиями улучшения изображения в роговице и сетчатке. А дальше в пространстве вращался ещё один сплайн. Подобно мясистым лунам, корабли флота окружали Землю, без труда удерживая господство.

pro: За боевым кораблем, как он теперь разглядел, плыл ещё один корабль-сплайн, на этот раз всего лишь розовато-коричневая точка, слишком далёкая, чтобы его зрение — хоть и улучшенное технологией усиления роговичного и сетчаточного изображения — могло различить детали. А за ним в пространстве катился ещё один сплайн. Словно луны из плоти, флот окружал Землю, господствуя без видимых усилий.

flash 3.8: За боевым кораблём, как он теперь разглядел, плыл ещё один сплайн — всего лишь розовато-коричневая точка, слишком далёкая, чтобы его зрение, пусть даже усиленное технологиями улучшения изображений на роговице и сетчатке, могло различить детали. А дальше в пространстве перекатывался ещё один сплайн. Словно мясистые луны, флот окружал Землю, без малейших усилий демонстрируя своё господство.

13

EN: Parz was one of only a handful of humans who had been allowed off the surface of the planet since the imposition of the Qax occupation laws, one of still fewer who had been brought close to any section of the main Qax fleet.

flash: Парз был одним из горстки людей, которым разрешалось покидать поверхность планеты с момента введения оккупационных законов кваксов, и одним из немногих избранных, кого подпускали близко к какой-либо части главного флота кваксов.

opus: Парз был одним из горстки людей, которым после введения оккупационных законов кваксов позволили покинуть поверхность планеты, и одним из ещё меньшего числа тех, кого подпускали близко хоть к какой-нибудь части основного флота кваксов.

sol: Парз принадлежал к считаным людям, которым после введения кваксами оккупационных законов позволяли покидать поверхность планеты, и к ещё меньшему числу тех, кого подпускали к какой-либо части главного флота кваксов.

pro: Парз был одним из немногих людей, кому было позволено покинуть поверхность планеты с момента введения законов Оккупации, и одним из ещё меньшего числа тех, кого подпускали близко к любой части главного флота кваксов.

flash 3.8: Парз был одним из немногих людей, которым с момента введения законов Оккупации кваксов разрешалось покидать поверхность планеты, и одним из ещё более редких счастливцев, кого подпускали близко к какой-либо части главного флота кваксов.

14

EN: Humans had first emerged from their home planet two and a half millennia earlier, optimistic, expanding and full of hope . . . or so it seemed to Jasoft now. Then had come the first contact with an extra-solar species - the group-mind entity known as the Squeem - and that hope had died.

flash: Люди впервые покинули родную планету две с половиной тысячи лет назад — полные оптимизма, стремящиеся к расширению границ и полные надежд... или так теперь казалось Джасофту. Затем произошёл первый контакт с внесолнечным видом — групповым разумом, известным как сквимы, — и эта надежда умерла.

opus: Люди впервые вышли за пределы родной планеты два с половиной тысячелетия назад — бодрые, растущие вширь, полные надежд… во всяком случае, так это теперь виделось Джасофту. Потом был первый контакт с внесолнечным видом — с существом-групповым разумом, известным как сквимы, — и надежда умерла.

sol: Люди впервые покинули родную планету две с половиной тысячи лет назад — полные оптимизма, надежды и стремления к новым пределам… во всяком случае, теперь Джасофту казалось именно так. Затем произошёл первый контакт с внесолнечным видом — сущностью с групповым разумом, известной как сквимы, — и надежда умерла.

pro: Люди впервые вышли за пределы своей родной планеты два с половиной тысячелетия назад, оптимистичные, расширяющие свои владения и полные надежд... по крайней мере, так теперь казалось Джасофту. Затем произошёл первый контакт с внесолнечным видом — сущностью с групповым разумом, известной как сквимы, — и эта надежда умерла.

flash 3.8: Люди впервые вырвались за пределы родной планеты две с половиной тысячи лет назад — полные оптимизма, расселяющиеся по космосу и окрылённые надеждой… или так казалось Джасофту теперь. Затем случился первый контакт с внесолнечным видом — сущностью с групповым разумом, известной как сквимы, — и эта надежда умерла.

15

EN: Humans were crushed; the first occupation of Earth began.

flash: Человечество было разгромлено; началась первая оккупация Земли.

opus: Людей раздавили; началась первая оккупация Земли.

sol: Людей сокрушили; началась первая оккупация Земли.

pro: Люди были разгромлены; началась первая оккупация Земли.

flash 3.8: Люди были сокрушены; началась первая оккупация Земли.

16

EN: But the Squeem were overthrown. Humans had travelled once more from Earth.

flash: Но сквимов свергли. Люди вновь отправились в путь с Земли.

opus: Но сквимов свергли. Люди снова двинулись прочь от Земли.

sol: Но сквимов свергли. Люди снова отправились к звёздам с Земли.

pro: Но сквимы были свергнуты. Люди вновь покинули Землю.

flash 3.8: Но сквимов свергли. Люди вновь отправились в путь с Земли.

17

EN: Then the Qax had found a human craft.

flash: Затем кваксы наткнулись на человеческий корабль.

opus: А потом кваксы нашли человеческий корабль.

sol: А потом кваксы обнаружили человеческий корабль.

pro: Затем кваксы нашли человеческий корабль.

flash 3.8: А затем кваксы обнаружили человеческий корабль.

18

EN: There had been a honeymoon period. Trading links with the Qax had been established, cultural exchanges discussed.

flash: Был период «медового месяца». С кваксами наладили торговые связи, обсуждали культурный обмен.

opus: Был медовый месяц. Наладили торговые связи с кваксами, обсуждали культурный обмен.

sol: Настал медовый месяц. Были установлены торговые связи с кваксами, обсуждался культурный обмен.

pro: Был период медового месяца. С кваксами установили торговые связи, обсуждались культурные обмены.

flash 3.8: Был тогда период медового месяца. Наладились торговые связи с кваксами, обсуждались культурные обмены.

19

EN: It hadn’t lasted long.

flash: Это продлилось недолго.

opus: Продлилось это недолго.

sol: Продлилось это недолго.

pro: Он продлился недолго.

flash 3.8: Продлилось это недолго.

20

EN: As soon as the Qax had found out how weak and naïve humanity really was, the Spline warships had moved in.

flash: Как только кваксы выяснили, насколько человечество на самом деле слабо и наивно, в ход пошли боевые сплайны.

opus: Как только кваксы выяснили, до чего человечество на деле слабо и наивно, подошли боевые сплайны.

sol: Едва кваксы поняли, насколько слабо и наивно человечество, как явились военные корабли-сплайны.

pro: Как только кваксы выяснили, насколько слабы и наивны люди на самом деле, в дело вступили боевые сплайны.

flash 3.8: Стоило кваксам понять, насколько слабым и наивным на самом деле оказалось человечество, как в дело вступили боевые корабли сплайнов.

21

EN: Still, that brief period of first contact had provided humanity with most of its understanding about the Qax and their dominion. For instance, it had been learned that the Spline vessels employed by the Qax were derived from immense, sea-going creatures with articulated limbs, which had once scoured the depths of some world-girdling ocean. The Spline had developed spaceflight, travelled the stars for millennia. Then, perhaps a million years earlier, they had made a strategic decision.

flash: И всё же этот краткий период первого контакта дал человечеству почти всё, что оно знало о кваксах и их владениях. Например, удалось выяснить, что используемые кваксами корабли-сплайны произошли от огромных морских существ с членистыми отростками, некогда бороздивших глубины океана, опоясывавшего весь их родной мир. Сплайны освоили космические полёты и тысячелетиями странствовали среди звёзд. Затем, около миллиона лет назад, они приняли стратегическое решение.

opus: И всё же тот короткий период первого контакта дал человечеству почти всё, что оно знало о кваксах и их владычестве. Так, стало известно, что корабли-сплайны, которыми пользуются кваксы, произошли от огромных морских существ с членистыми отростками, некогда рыскавших в глубинах какого-то опоясывающего мир океана. Сплайны создали космический полёт и тысячелетиями странствовали среди звёзд. А затем, около миллиона лет назад, приняли стратегическое решение.

sol: И всё же за тот краткий период первого контакта человечество узнало почти всё, что знало о кваксах и их владениях. Например, выяснилось, что корабли-сплайны, которыми пользуются кваксы, произошли от гигантских морских существ с членистыми отростками, некогда бороздивших глубины океана, опоясывавшего целый мир. Сплайны освоили космические полёты и тысячелетиями странствовали среди звёзд. А затем, возможно миллион лет назад, приняли стратегическое решение.

pro: И всё же тот краткий период первого контакта дал человечеству большую часть его понимания о кваксах и их владениях. Например, стало известно, что сплайны — суда, используемые кваксами, — произошли от огромных морских существ с суставчатыми отростками, которые когда-то рыскали в глубинах некоего опоясывающего мир океана. Сплайны освоили космические полёты и тысячелетиями путешествовали среди звёзд. Затем, возможно, миллион лет назад, они приняли стратегическое решение.

flash 3.8: И всё же тот краткий период первого контакта дал человечеству большую часть знаний о кваксах и их владениях. К примеру, удалось выяснить, что корабли-сплайны, нанятые кваксами, произошли от исполинских морских существ с членистыми отростками, некогда бороздивших глубины океана, опоясывавшего весь их мир. Сплайны освоили космические полёты, тысячелетиями путешествовали среди звёзд. Затем, быть может, миллион лет назад, они приняли стратегическое решение.

22

EN: They rebuilt themselves.

flash: Они перестроили сами себя.

opus: Они себя переделали.

sol: Они перестроили себя.

pro: Они перестроили себя.

flash 3.8: Они перестроили сами себя.

23

EN: They had plated over their flesh, hardened their internal organs - and had risen from the surface of their planet like mile-wide, studded balloons. They had become living ships, feeding on the thin substance between the stars.

flash: Они покрыли бронёй свою плоть, закалили внутренние органы — и поднялись с поверхности планеты, словно усеянные шипами шары шириной в милю. Они стали живыми кораблями, питающимися разреженной межзвёздной материей.

opus: Они забронировали свою плоть, закалили внутренние органы — и поднялись с поверхности планеты, точно утыканные наростами аэростаты в милю шириной. Они стали живыми кораблями, кормящимися разреженным веществом между звёзд.

sol: Они заковали плоть в броню, укрепили внутренние органы — и поднялись с поверхности своей планеты, словно усеянные шипами воздушные шары шириной в милю. Они стали живыми кораблями, питавшимися разреженным веществом между звёздами.

pro: Они покрыли бронёй свою плоть, закалили внутренние органы — и поднялись с поверхности своей планеты, как усеянные шипами воздушные шары шириной в милю. Они стали живыми кораблями, питающимися разреженным веществом между звёздами.

flash 3.8: Они заковали свою плоть в броню, закалили внутренние органы — и поднялись с поверхности своей планеты, словно утыканные шипами аэростаты шириной в милю. Они стали живыми кораблями, питающимися разреженным веществом межзвёздного пространства.

24

EN: The Spline had become carriers, earning their place in the universe by hiring themselves out to any one of a hundred species.

flash: Сплайны стали перевозчиками, завоевав себе место во Вселенной тем, что нанимались на службу к любой из сотен космических рас.

opus: Сплайны сделались перевозчиками и зарабатывали себе место во Вселенной тем, что нанимались к любой из сотни рас.

sol: Сплайны стали перевозчиками и заслужили себе место во Вселенной, нанимаясь на службу к любой из сотни рас.

pro: Сплайны стали перевозчиками, зарабатывая своё место во Вселенной тем, что сдавали себя внаём любому из сотни видов.

flash 3.8: Сплайны сделались перевозчиками, зарабатывая себе место во вселенной тем, что нанимались к любой из сотен рас.

25

EN: It wasn’t a bad strategy for racial survival, Parz mused. The Spline must work far beyond the bubble of space explored by humankind before the Qax Occupation - beyond, even, the larger volume worked by the Qax, within which humanity’s sad little zone was embedded.

flash: «Не самая плохая стратегия выживания вида», — размышлял Парз. Сплайны наверняка несли службу далеко за пределами того космического пузыря, который исследовало человечество до Оккупации кваксов, — и даже за пределами куда большего пространства, освоенного кваксами, внутри которого ютилась печальная маленькая зона людей.

opus: Неплохая стратегия для выживания расы, размышлял Парз. Сплайны наверняка работают далеко за пределами того пузыря пространства, который человечество успело исследовать до Оккупации, — и даже за пределами куда большего объёма, освоенного кваксами, внутри которого жалкая человеческая зона была всего лишь вкраплением.

sol: Неплохая стратегия выживания расы, размышлял Парз. Сплайны наверняка работают далеко за пределами пузыря пространства, исследованного человечеством до квакской Оккупации, — даже за пределами куда большего объёма, освоенного кваксами и заключавшего в себе жалкую крохотную область человечества.

pro: Это была не худшая стратегия для выживания расы, размышлял Парз. Сплайны должны были работать далеко за пределами пузыря пространства, исследованного человечеством до Оккупации кваксов, — даже за пределами большего объёма, освоенного кваксами, внутри которого была запрятана печальная маленькая зона человечества.

flash 3.8: «Неплохая стратегия выживания для вида», — размышлял Парз. Сплайны наверняка несли службу далеко за пределами пузыря пространства, исследованного человечеством до Оккупации кваксов, — даже за пределами куда большего объёма, освоенного кваксами, внутри которого и ютилась печальная маленькая зона людей.

26

EN: Someday the Qax would be gone, Parz knew. Maybe it would be humanity which would do the overthrowing; maybe not. In any event there would be trade under the governance of a new race, new messages and material to carry between the stars. New wars to fight. And there would be the Spline, the greatest ships available - with the probable exception, Parz conceded to himself, of the unimaginable navies of the Xeelee themselves - still plying between the stars, unnoticed and immortal.

flash: Когда-нибудь эпоха кваксов закончится, Парз это знал. Может быть, именно человечество свергнет их, может, и нет. В любом случае под властью новой расы расцветёт торговля, появятся новые депеши и грузы, которые придётся возить меж звёзд. Новые войны, в которых придётся сражаться. И сплайны — величайшие из доступных кораблей, за вероятным исключением, как признавал про себя Парз, невообразимых флотов самих ксили, — по-прежнему будут курсировать между звёздами, незаметные и бессмертные.

opus: Когда-нибудь кваксы исчезнут, Парз это знал. Может быть, свергнет их человечество, а может быть, и нет. Так или иначе, под властью новой расы пойдёт торговля, появятся новые вести и грузы, которые надо возить между звёзд. Новые войны. И будут сплайны, лучшие корабли из доступных — не считая, признавал про себя Парз, невообразимых флотов самих ксили, — по-прежнему снующие между звёзд, незамечаемые и бессмертные.

sol: Когда-нибудь кваксы уйдут, это Парз знал. Возможно, свергнет их человечество; возможно, и нет. В любом случае торговля продолжится под властью новой расы, между звёздами понесутся новые сообщения и грузы. Начнутся новые войны. И сплайны останутся — величайшие из доступных кораблей, если не считать, как признавал про себя Парз, невообразимых флотов самих ксили, — будут всё так же незаметно и бессмертно курсировать среди звёзд.

pro: Когда-нибудь кваксы исчезнут, Парз знал это. Может быть, именно человечество их свергнет; а может, и нет. В любом случае под управлением новой расы будет идти торговля, новые сообщения и материалы нужно будет перевозить между звёздами. Нужно будет вести новые войны. И там будут сплайны — величайшие из доступных кораблей, за вероятным исключением, неохотно признал Парз про себя, невообразимых флотов самих ксили, — по-прежнему курсирующие между звёздами, незаметные и бессмертные.

flash 3.8: Когда-нибудь кваксы уйдут, Парз знал это. Быть может, свергнет их именно человечество, быть может, и нет. В любом случае под властью новой расы наладится торговля, между звёздами снова будут переносить депеши и грузы. Будут греметь новые войны. И останутся сплайны — величайшие из доступных кораблей (за вероятным исключением, признавал про себя Парз, невообразимых флотов самих ксили), всё так же снующие меж звёзд, незаметные и бессмертные.

27

EN: The small viewport glowed briefly crimson, its flawed plastic sparkling with laser speckle. Then a translator box built somewhere into the fabric of the flitter hissed into life, and Parz knew that the Spline had established a tight laser link. Something inside him quivered further now that the climax of his journey approached; and, when the Qax Governor of Earth finally spoke to him in its flat, disturbingly feminine voice, he flinched.

flash: Небольшой иллюминатор на мгновение озарился малиновым светом — дефектный пластик заискрился лазерными спеклами. Затем встроенный где-то в обшивку флиттера блок-переводчик с шипением ожил, и Парз понял, что сплайн установил плотный лазерный канал связи. Что-то внутри него снова сжалось при мысли о приближающейся кульминации полёта; и когда Губернатор Земли наконец заговорил с ним своим ровным, тревожно-женским голосом, Парз вздрогнул.

opus: Небольшой иллюминатор на миг налился багровым, и по его небезупречному пластику пробежала лазерная рябь. Потом где-то в самой ткани флиттера с шипением ожил блок-переводчик, и Парз понял, что сплайн установил узкий лазерный канал. Что-то внутри задрожало сильнее: путешествие подходило к развязке; и когда Губернатор Земли наконец заговорил с ним своим ровным, тревожно женственным голосом, Парз вздрогнул.

sol: Маленький иллюминатор на миг вспыхнул багровым, дефектный пластик засверкал лазерной зернистостью. Затем встроенный куда-то в обшивку флиттера блок-переводчик с шипением ожил, и Парз понял, что сплайн установил узконаправленную лазерную связь. При приближении кульминации путешествия что-то внутри него задрожало ещё сильнее; когда Губернатор Земли наконец заговорил с ним ровным, тревожно-женственным голосом, Парз вздрогнул.

pro: Маленький иллюминатор на мгновение вспыхнул багровым светом, его дефектный пластик заискрился от лазерных пятен. Затем блок-переводчик, встроенный где-то в конструкцию флиттера, с шипением ожил, и Парз понял, что сплайн установил узконаправленную лазерную связь. Что-то внутри него снова дрогнуло теперь, когда приближалась кульминация его путешествия; и когда Губернатор Земли наконец заговорил с ним своим ровным, пугающе женским голосом, Парз вздрогнул.

flash 3.8: Маленький иллюминатор ненадолго озарился багровым, его несовершенный пластик заискрился лазерными спеклами. Затем блок-переводчик, встроенный где-то в обшивку флиттера, с шипением ожил, и Парз понял, что сплайн установил узконаправленный лазерный канал связи. Что-то внутри него дрогнуло ещё сильнее теперь, когда путешествие приближалось к развязке; и когда Губернатор Земли наконец заговорил с ним своим ровным, тревожно-женственным голосом, Парз вздрогнул.

28

EN: ‘Ambassador Parz. Your torso is arranged at an awkward angle in your chair. Are you ill?’

flash: — Посол Парз. Ваш торс неестественно изогнут в кресле. Вы больны?

opus: — Посол Парз. Ваш торс расположен в кресле под неудобным углом. Вы больны?

sol: — Посол Парз. Ваше туловище расположено в кресле под неудобным углом. Вы больны?

pro: — Посол Парз. Ваш торс расположен под неудобным углом в кресле. Вы больны?

flash 3.8: — Посол Парз. Ваш торс расположен в кресле под неестественным углом. Вы больны?

29

EN: Parz grimaced. This was the nearest, he knew, that a Qax would ever come to a social nicety; it was a rare enough honour, accorded to him by his long relationship with the Governor. ‘My back is hurting me, Governor,’ he said. ‘I apologize. I won’t let it distract my attention from our business.’

flash: Парз поморщился. Он знал, что это предел светской любезности, на какую только способен квакс; достаточно редкая честь, оказанная ему благодаря давним отношениям с Губернатором.
— У меня болит спина, Губернатор, — сказал он. — Прошу прощения. Я не позволю боли отвлекать меня от дела.

opus: Парз поморщился. Ближе к светской любезности квакс, он знал, не подойдёт никогда; и это была нечастая честь, заслуженная долгими отношениями с Губернатором. — Спина болит, Губернатор, — сказал он. — Прошу прощения. Я не позволю ей отвлечь меня от дела.

sol: Парз поморщился. Ближе к светской любезности кваксу было не подобраться; для Парза это была редкая честь, оказанная благодаря давним отношениям с Губернатором. — У меня болит спина, Губернатор, — сказал он. — Прошу прощения. Я не позволю ей отвлечь меня от наших дел.

pro: Парз поморщился. Он знал, что это было самым близким подобием светской вежливости, на которое когда-либо способен квакс; это была достаточно редкая честь, оказанная ему благодаря долгим отношениям с Губернатором.
— У меня болит спина, Губернатор, — сказал он. — Я прошу прощения. Я не позволю этому отвлечь моё внимание от нашего дела.

flash 3.8: Парз поморщился. Он знал, что для квакса это предел светской любезности; довольно редкая честь, оказанная ему благодаря давним отношениям с Губернатором. — У меня болит спина, Губернатор, — сказал он. — Прошу прощения. Я не позволю боли отвлекать меня от дела.

30

EN: ‘I trust not. Why don’t you have it repaired?’

flash: — Надеюсь. Почему вы её не почините?

opus: — Надеюсь. Почему вы её не почините?

sol: — Надеюсь. Почему вы не прикажете её починить?

pro: — Надеюсь, что нет. Почему вы её не почините?

flash 3.8: — Надеюсь. Почему вы её не почините?

31

EN: Parz tried to compose a civil answer, but the forefront of his consciousness was filled once more with a distracting awareness of his own aging. Parz was seventy years old. If he had lived in the years before the coming of the Qax, he would now be entering the flush of his maturity, he supposed, his body cleansed and renewed, his mind refreshed, reorganized, rationalized, his reactions rendered as fresh as a child’s. But AntiSenescence technology was no longer available; evidently it suited the Qax to have humanity endlessly culled by time. Once, Parz recalled, he had silently raged at the Qax for this imposition above all: for the arbitrary curtailment of billions of immortal human lives, for the destruction of all that potential. Well, he didn’t seem to feel anger at anything much any more . . .

flash: Парз попытался сформулировать вежливый ответ, но всё его сознание вновь заполнило назойливое ощущение собственного старения. Парзу было семьдесят лет. Родись он в эпоху до прихода кваксов, он сейчас, пожалуй, только вступал бы в пору расцвета зрелости: тело очищено и обновлено, разум свеж, перестроен и упорядочен, реакции остры, как у ребёнка. Но технологии Антистарения больше не существовало; кваксам, очевидно, было на руку, чтобы время бесконечно прореживало ряды людей. Когда-то, вспомнил Парз, он молча ярился на кваксов прежде всего за этот навязанный порядок: за произвольное урезание миллиардов бессмертных человеческих жизней, за уничтожение всего этого потенциала. Что ж, теперь он, кажется, уже мало на что был способен злиться...

opus: Парз попытался сложить вежливый ответ, но передний край сознания снова заняло отвлекающее чувство собственного старения. Парзу было семьдесят лет. Живи он в годы до прихода кваксов, сейчас он, надо думать, вступал бы в пору цветущей зрелости: тело очищено и обновлено, разум освежён, переустроен, приведён в порядок, реакции сделались бы свежими, как у ребёнка. Но технологии Антистарения больше не существовало; кваксов, очевидно, устраивало, что время бесконечно выпалывает человечество. Когда-то, вспоминал Парз, он молча ненавидел кваксов именно за это: за произвольное укорачивание миллиардов бессмертных человеческих жизней, за уничтожение всех этих возможностей. Что ж, теперь он, похоже, вообще почти ни на что не гневался…

sol: Парз попытался придумать вежливый ответ, но передний план его сознания вновь заполнило отвлекающее ощущение собственного старения. Парзу было семьдесят лет. Живи он до прихода кваксов, теперь, вероятно, лишь вступал бы в цвет зрелости: тело очищенное и обновлённое, разум освежённый, перестроенный и упорядоченный, реакции такие же живые, как у ребёнка. Но технология Антистарения стала недоступна; очевидно, кваксов устраивало, что время бесконечно прореживает человечество. Когда-то, вспоминал Парз, больше всего он втайне ярился на кваксов именно за это: за произвольное сокращение миллиардов бессмертных человеческих жизней, за уничтожение всего их потенциала. Что ж, теперь он, похоже, вообще почти ни на что не мог рассердиться…

pro: Парз попытался сформулировать учтивый ответ, но передний план его сознания снова заполнило отвлекающее осознание собственного старения. Парзу было семьдесят лет. Если бы он жил в годы до прихода кваксов, он бы сейчас входил в пору расцвета своей зрелости, полагал он, его тело было бы очищено и обновлено, его разум — освежён, реорганизован, упорядочен, его реакции стали бы такими же свежими, как у ребенка. Но технология Антистарения была больше недоступна; очевидно, кваксов устраивало, что человечество бесконечно выбраковывается временем. Когда-то, вспомнил Парз, он молча бушевал на кваксов за это навязанное ограничение больше всего: за произвольное урезание миллиардов бессмертных человеческих жизней, за уничтожение всего этого потенциала. Что ж, теперь он, казалось, вообще мало на что злился...

flash 3.8: Парз попытался составить вежливый ответ, но всё его сознание снова заполнила назойливая мысль о собственном старении. Парзу было семьдесят лет. Живи он во времена до прихода кваксов, он бы сейчас, пожалуй, только входил в пору расцвета зрелости — с очищенным и обновлённым телом, с освежённым, реорганизованным, упорядоченным разумом, с реакциями столь же быстрыми, как у ребёнка. Но технологий Антистарения больше не существовало; кваксам явно было на руку, чтобы время непрестанно выкашивало человечество. Когда-то, вспоминал Парз, он молча ярился на кваксов прежде всего за это насилие: за самовольное укорачивание миллиардов бессмертных человеческих жизней, за уничтожение всего этого потенциала. Что ж, теперь он, кажется, уже вообще мало на что был способен злиться…

32

EN: But, he thought bitterly, of all the plagues which the Qax had restored to mankind, he would never forgive them his aching back.

flash: Но, горько подумал он, из всех бедствий, которые кваксы вернули человечеству, он никогда не простит им ноющую спину.

opus: Но, думал он с горечью, из всех язв, которые кваксы вернули человечеству, он никогда не простит им своей ноющей спины.

sol: Но из всех бедствий, которыми кваксы вновь наградили человечество, с горечью подумал он, за больную спину он их не простит никогда.

pro: Но, с горечью подумал он, из всех бедствий, которые кваксы вернули человечеству, он никогда не простит им свою ноющую спину.

flash 3.8: Но, горько подумал он, из всех бедствий, что кваксы вернули роду людскому, он никогда не простит им свою ноющую спину.

33

EN: ‘Thank you for your kindness, Governor,’ he snapped. ‘My back is not something which can be fixed. It is a parameter within which I must work, for the rest of my life.’

flash: — Благодарю за заботу, Губернатор, — огрызнулся он. — Моя спина — это не то, что можно починить. Это условие, с которым мне придётся считаться до конца жизни.

opus: — Благодарю за заботу, Губернатор, — отрезал он. — Моя спина не из тех вещей, которые чинят. Это параметр, в границах которого мне придётся работать до конца жизни.

sol: — Благодарю вас за любезность, Губернатор, — огрызнулся он. — Мою спину нельзя починить. Это неизменное условие, в рамках которого мне придётся работать до конца жизни.

pro: — Благодарю за вашу доброту, Губернатор, — огрызнулся он. — Моя спина не из тех вещей, которые можно починить. Это параметр, в рамках которого я должен работать до конца своей жизни.

flash 3.8: — Благодарю за доброту, Губернатор, — огрызнулся он. — Мою спину уже не исправить. Это параметр, в рамках которого мне придётся существовать до конца дней.

34

EN: The Qax considered that, briefly; then it said, ‘I am concerned that your functionality is impaired.’

flash: Квакс ненадолго задумался, затем произнёс:
— Меня беспокоит, что ваша функциональность нарушена.

opus: Квакс недолго это обдумывал, потом сказал: — Меня беспокоит, что ваша функциональность нарушена.

sol: Квакс недолго обдумывал его слова, а затем произнёс: — Меня беспокоит, что ваша функциональность нарушена.

pro: Квакс недолго обдумывал это, затем произнёс:
— Я обеспокоен тем, что ваша функциональность нарушена.

flash 3.8: Квакс ненадолго задумался, затем произнёс: — Меня беспокоит, что ваша функциональность снижена.

35

EN: ‘Humans no longer live forever, Governor,’ Parz whispered. And he dared to add: ‘Thank God.’ This was the only consolation of age, he reflected tiredly - wriggling in the chair to encourage it to probe harder at his sore points - that meetings like these must, surely, soon, come to an end.

flash: — Люди больше не живут вечно, Губернатор, — прошептал Парз. И осмелился добавить: — Слава богу.
В этом и заключалось единственное утешение старости, устало подумал он, ёрзая в кресле, чтобы заставить подушки сильнее разминать больные места: подобные встречи уж наверняка скоро закончатся навсегда.

opus: — Люди больше не живут вечно, Губернатор, — прошептал Парз. И осмелился прибавить: — Слава богу. — В этом единственное утешение старости, устало подумал он, ёрзая в кресле, чтобы оно посильнее давило на больные места: такие встречи непременно и уже скоро кончатся.

sol: — Люди больше не живут вечно, Губернатор, — прошептал Парз. И осмелился добавить: — Слава Богу. В этом единственное утешение старости, устало подумал он, ёрзая в кресле, чтобы заставить его сильнее нажать на больные места: такие встречи, как эта, наверняка скоро закончатся навсегда.

pro: — Люди больше не живут вечно, Губернатор, — прошептал Парз. И осмелился добавить: — Слава богу.
Это было единственным утешением возраста, устало размышлял он — ёрзая в кресле, чтобы заставить его посильнее массировать больные места, — что подобные встречи должны же, несомненно, скоро закончиться.

flash 3.8: — Люди больше не живут вечно, Губернатор, — прошептал Парз. И осмелился добавить: — Слава богу. В этом и заключалось единственное утешение старости, устало размышлял он, ёрзая в кресле, чтобы побудить его сильнее массировать больные места: подобные встречи уж точно должны скоро закончиться.

36

EN: ‘Well,’ said the Qax, with a delicate touch of irony in its sophisticated artificial voice, ‘let us proceed before your bodily components fail altogether. The wormhole. The object is now within the cometary halo of this system.’

flash: — Что ж, — сказал Квакс с тонким оттенком иронии в сложном синтетическом голосе, — перейдём к делу, пока ваши телесные компоненты окончательно не вышли из строя. Червоточина. Объект сейчас находится в кометном гало этой системы.

opus: — Что ж, — сказал квакс с тонкой ноткой иронии в изощрённом искусственном голосе, — приступим, пока части вашего тела не отказали окончательно. Червоточина. Объект уже внутри кометного гало этой системы.

sol: — Что ж, — произнёс квакс с лёгкой ноткой иронии в изысканном искусственном голосе, — приступим, пока все части вашего тела окончательно не отказали. Червоточина. Теперь этот объект находится в кометном гало данной системы.

pro: — Что ж, — сказал квакс с тонким оттенком иронии в своём сложном искусственном голосе, — давайте продолжим, прежде чем ваши телесные компоненты окончательно выйдут из строя. Червоточина. Этот объект сейчас находится в пределах кометного гало этой системы.

flash 3.8: — Что ж, — произнёс квакс с тонким оттенком иронии в сложном синтетическом голосе, — перейдём к делу, пока компоненты вашего тела не отказали окончательно. Червоточина. Объект сейчас находится в кометном гало этой системы.

37

EN: ‘Within the Oort Cloud, yes. Barely a third of a light-year from the Sun.’

flash: — В облаке Оорта, верно. Всего в какой-то трети светового года от Солнца.

opus: — Внутри облака Оорта, да. Едва треть светового года от Солнца.

sol: — В облаке Оорта, да. Всего в трети светового года от Солнца.

pro: — Внутри облака Оорта, да. Едва ли в трети светового года от Солнца.

flash 3.8: — В облаке Оорта, да. Едва ли в трети светового года от Солнца.

38

EN: Parz waited for a few seconds for the Qax to indicate specifically why he’d been brought here. When the Qax said nothing he drew data slates from his briefcase and scrolled down lists of facts, diagrams, running over the general briefing he had prepared earlier.

flash: Парз подождал несколько секунд, рассчитывая, что Квакс прямо объяснит, зачем его сюда вызвали. Когда Квакс промолчал, Парз достал из портфеля планшеты с данными и прокрутил списки фактов и диаграммы, просматривая подготовленную заранее общую сводку.

opus: Несколько секунд Парз ждал, что квакс объяснит наконец, зачем именно его сюда доставили. Не дождавшись ни слова, он вынул из портфеля планшеты и прокрутил списки фактов и схемы, проходя по общей справке, подготовленной заранее.

sol: Несколько секунд Парз ждал, что квакс наконец объяснит, зачем именно его сюда привезли. Не дождавшись ответа, он достал из портфеля планшеты с данными и, прокручивая списки фактов и диаграммы, ещё раз просмотрел подготовленную ранее общую справку.

pro: Парз подождал несколько секунд, пока квакс конкретно укажет, зачем его сюда привезли. Когда квакс ничего не сказал, он достал из портфеля планшеты с данными и пролистал списки фактов, диаграммы, пробегая глазами по общему докладу, который он подготовил заранее.

flash 3.8: Парз выждал несколько секунд, ожидая, что квакс уточнит, зачем именно его сюда доставили. Когда квакс промолчал, он достал из портфеля информационные планшеты и принялся прокручивать списки фактов и диаграммы, пробегая глазами подготовленную заранее сводку.

39

EN: ‘It is an ancient human artefact,’ the Qax said.

flash: — Это древний человеческий артефакт, — сказал Квакс.

opus: — Это древний человеческий артефакт, — сказал квакс.

sol: — Это древний человеческий артефакт, — сказал квакс.

pro: — Это древний человеческий артефакт, — сказал квакс.

flash 3.8: — Это древний человеческий артефакт, — произнёс квакс.

40

EN: ‘Yes.’ Parz retrieved an image on his slate - glowing frameworks against a salmon-pink background - and pressed keys to dump it through the tabletop and down the link to the Governor. ‘This is a video image of the launch of the wormhole from the orbit of Jupiter, some fifteen hundred years ago. It was known as the Interface project.’ He touched a fingernail to the slate to indicate the details. ‘In essence, two tetrahedral frameworks were constructed. Each framework was about three miles wide. The frameworks held open the termini of a spacetime wormhole.’ He looked up, vaguely, in the direction of the ceiling. Not for the first time he wished he had some image of the Governor on which to fix his attention, just a little something to reduce the disorienting nature of these meetings; otherwise he felt surrounded by the awareness of the Governor, as if it were some huge god. ‘Governor, do you want details? A wormhole permits instantaneous travel between two spacetime points by—’

flash: — Да. — Парз вывел изображение на планшете — светящиеся каркасы на лососёво-розовом фоне — и нажал клавиши, чтобы переслать его через панель столика по каналу связи Губернатору. — Это видеозапись запуска червоточины с орбиты Юпитера примерно полторы тысячи лет назад. Проект был известен как «Интерфейс». — Он коснулся ногтем планшета, указывая на детали. — По сути, было построено два тетраэдрических каркаса. Каждый каркас имел около трёх миль в поперечнике. Каркасы удерживали открытыми устья пространственно-временной червоточины. — Он рассеянно поднял взгляд к потолку. Уже не в первый раз ему хотелось иметь перед глазами хоть какой-нибудь образ Губернатора, на котором можно было бы сосредоточить внимание, хоть что-то малое, чтобы сгладить дезориентирующий характер этих встреч; иначе казалось, будто его со всех сторон окружает самосознание Губернатора, словно некоего исполинского божества. — Губернатор, вам нужны подробности? Червоточина позволяет мгновенно перемещаться между двумя точками пространства-времени за счёт...

opus: — Да. — Парз вызвал на планшете изображение — светящиеся каркасы на лососёво-розовом фоне — и нажатием клавиш отправил его через столешницу по каналу к Губернатору. — Это видеозапись запуска червоточины с орбиты Юпитера, примерно полторы тысячи лет назад. Он был известен как проект «Интерфейс». — Он коснулся ногтем планшета, показывая подробности. — По сути, были построены два тетраэдрических каркаса. Каждый около трёх миль в поперечнике. Каркасы удерживали открытыми устья червоточины в пространстве-времени. — Он неопределённо поднял взгляд к потолку. Не в первый раз он пожалел, что нет никакого изображения Губернатора, на котором можно было бы сосредоточиться, хоть какой-нибудь мелочи, чтобы эти встречи меньше сбивали с толку; иначе его будто окружало сознание Губернатора — словно некое огромное божество. — Губернатор, вам нужны подробности? Червоточина позволяет мгновенно перемещаться между двумя точками пространства-времени за счёт…

sol: — Да. — Парз вывел на планшет изображение — сияющие каркасы на лососёво-розовом фоне — и нажал клавиши, чтобы сбросить его через столешницу в канал связи с Губернатором. — Это видеозапись запуска червоточины с орбиты Юпитера примерно полторы тысячи лет назад. Проект назывался «Интерфейс». — Ногтем он указал на планшете подробности. — В сущности, были построены два тетраэдрических каркаса. Каждый имел около трёх миль в поперечнике. Каркасы удерживали открытыми устья червоточины пространства-времени. — Он рассеянно поднял взгляд куда-то к потолку. Уже не впервые ему хотелось иметь перед глазами хоть какое-то изображение Губернатора, на котором можно было бы сосредоточиться, — хоть что-нибудь, способное немного ослабить дезориентирующее действие этих встреч; иначе ему казалось, будто сознание Губернатора окружает его со всех сторон, словно исполинский бог. — Губернатор, вам нужны подробности? Червоточина позволяет мгновенно перемещаться между двумя точками пространства-времени посредством…

pro: — Да. — Парз вывел изображение на свой планшет — светящиеся каркасы на лососёво-розовом фоне — и нажал клавиши, чтобы переслать его через столешницу по каналу связи Губернатору. — Это видеоизображение запуска червоточины с орбиты Юпитера, около полутора тысяч лет назад. Это было известно как проект «Интерфейс». — Он коснулся планшета ногтем, чтобы указать на детали. — В сущности, были построены два тетраэдрических каркаса. Каждый каркас был около трёх миль в ширину. Каркасы удерживали открытыми устья пространственно-временной червоточины. — Он поднял глаза, рассеянно глядя в направлении потолка. Уже не в первый раз он пожалел, что у него нет какого-нибудь изображения Губернатора, на котором он мог бы сосредоточить внимание, хоть чего-нибудь малого, чтобы уменьшить дезориентирующий характер этих встреч; иначе он чувствовал себя окруженным сознанием Губернатора, словно какого-то огромного бога. — Губернатор, вы хотите подробностей? Червоточина допускает мгновенное перемещение между двумя точками пространства-времени путём...

flash 3.8: — Да. — Парз вывел изображение на планшет — светящиеся каркасы на лососёво-розовом фоне — и нажал клавиши, чтобы перебросить его через поверхность столика по каналу связи Губернатору. — Это видеозапись запуска червоточины с орбиты Юпитера около полутора тысяч лет назад. Она была известна как проект «Интерфейс». — Он коснулся ногтем планшета, указывая на детали. — В сущности, было построено два тетраэдрических каркаса. Каждый каркас имел около трёх миль в ширину. Каркасы удерживали открытыми устья пространственно-временной червоточины. — Он неопределённо поднял взгляд в сторону потолка. Уже не впервые ему хотелось иметь перед глазами хоть какое-то изображение Губернатора, на котором можно было бы сосредоточить внимание, — хоть какую-то малость, чтобы сгладить дезориентирующий характер этих встреч; иначе казалось, будто сознание Губернатора окружает его со всех сторон, точно некое огромное божество. — Губернатор, нужны подробности? Червоточина позволяет мгновенно перемещаться между двумя точками пространства-времени за счёт…

41

EN: ‘Continue.’

flash: — Продолжайте.

opus: — Продолжайте.

sol: — Продолжайте.

pro: — Продолжайте.

flash 3.8: — Продолжайте.

42

EN: Parz nodded. ‘One tetrahedral framework was left in orbit around Jupiter, while the other was transported at sublight speeds away from the Earth, in the direction of the centre of the Galaxy.’

flash: Парз кивнул:
— Один тетраэдрический каркас оставили на орбите Юпитера, а второй на досветовых скоростях отправили прочь от Земли, в направлении центра Галактики.

opus: Парз кивнул.
— Один тетраэдрический каркас остался на орбите Юпитера, а второй увезли на досветовых скоростях прочь от Земли, в сторону центра Галактики.

sol: Парз кивнул.
— Один тетраэдрический каркас оставили на орбите Юпитера, а другой на досветовой скорости отправили прочь от Земли, в направлении центра Галактики.

pro: Парз кивнул.
— Один тетраэдрический каркас был оставлен на орбите вокруг Юпитера, тогда как другой транспортировали на досветовой скорости прочь от Земли, в направлении центра Галактики.

flash 3.8: Парз кивнул: — Один тетраэдрический каркас остался на орбите Юпитера, а второй на досветовой скорости отправили прочь от Земли, по направлению к центру Галактики.

43

EN: ‘Why that direction?’

flash: — Почему в том направлении?

opus: — Почему в эту сторону?

sol: — Почему именно туда?

pro: — Почему в этом направлении?

flash 3.8: — Почему именно в этом направлении?

44

EN: Parz shrugged. ‘The direction was unimportant. The objective was merely to take one end of the wormhole many light-years away from the Earth, and later to return it.’

flash: Парз пожал плечами:
— Направление не имело значения. Цель состояла лишь в том, чтобы увести один конец червоточины на много световых лет от Земли, а позже вернуть его.

opus: Парз пожал плечами.
— Направление не имело значения. Требовалось лишь увести одно устье червоточины на много световых лет от Земли, а потом вернуть его назад.

sol: Парз пожал плечами.
— Направление не имело значения. Требовалось лишь унести один конец червоточины на много световых лет от Земли, а затем вернуть его.

pro: Парз пожал плечами.
— Направление не имело значения. Цель состояла лишь в том, чтобы отвести одно устье червоточины на много световых лет от Земли, а затем вернуть его.

flash 3.8: Парз пожал плечами: — Направление не имело значения. Цель заключалась лишь в том, чтобы отвести один конец червоточины на много световых лет от Земли, а позже вернуть его.

45

EN: Parz’s table chimed softly. Images, now accessed directly by the Qax, scrolled across his slate: engineering drawings of the tetrahedra from all angles, pages of relativistic equations . . . The portal frameworks themselves looked like pieces of fine art, he thought; or, perhaps, jewellery, resting against the mottled cheek of Jupiter.

flash: Столик Парза тихо тренькнул. По планшету побежали изображения, к которым Квакс теперь обратился напрямую: инженерные чертежи тетраэдров во всех ракурсах, страницы релятивистских уравнений... Сами каркасы портала напоминали произведения искусства, подумал он; или, пожалуй, ювелирные украшения на пёстрой щеке Юпитера.

opus: Стол Парза мягко звякнул. Изображения, которые квакс теперь вызывал сам, побежали по планшету: чертежи тетраэдров со всех сторон, страницы релятивистских уравнений… Каркасы порталов, подумал он, похожи на произведения искусства; вернее, на ювелирные украшения, положенные на пятнистую щёку Юпитера.

sol: Стол Парза тихо звякнул. По планшету потекли изображения, к которым квакс теперь обращался напрямую: инженерные чертежи тетраэдров со всех сторон, страницы релятивистских уравнений… Сами каркасы порталов, подумал он, выглядели произведениями изящного искусства — или, пожалуй, ювелирными украшениями на пятнистой щеке Юпитера.

pro: Столешница Парза тихо звякнула. Изображения, к которым теперь напрямую обращался квакс, прокручивались на его планшете: инженерные чертежи тетраэдров со всех ракурсов, страницы релятивистских уравнений... Сами каркасы портала выглядели как произведения изящного искусства, подумал он; или, возможно, как ювелирные украшения, покоящиеся на пятнистой щеке Юпитера.

flash 3.8: Столик Парза мягко звякнул. Изображения, к которым квакс теперь обращался напрямую, поплыли по экрану его планшета: инженерные чертежи тетраэдров во всех ракурсах, страницы релятивистских уравнений… Сами каркасы порталов напоминали произведения искусства, подумал он, — или, быть может, ювелирные украшения, покоящиеся на пёстрой щеке Юпитера.

46

EN: ‘How were the tetrahedra constructed?’ the Qax asked.

flash: — Из чего построили тетраэдры? — спросил Квакс.

opus: — Как построены тетраэдры? — спросил квакс.

sol: — Как были построены тетраэдры? — спросил квакс.

pro: — Из чего были сооружены эти тетраэдры? — спросил квакс.

flash 3.8: — Как были построены тетраэдры? — спросил квакс.

47

EN: ‘From exotic matter.’

flash: — Из экзотической материи.

opus: — Из экзотической материи.

sol: — Из экзотической материи.

pro: — Из экзотической материи.

flash 3.8: — Из экзотической материи.

48

EN: ‘From what?’

flash: — Из чего?

opus: — Из чего?

sol: — Из чего?

pro: — Из чего?

flash 3.8: — Из чего?

49

EN: ‘It’s a human term,’ Parz snapped. ‘Look it up. A variant of matter with peculiar properties which enable it to hold open the termination of a wormhole. The technology was developed by a human called Michael Poole.’

flash: — Это человеческий термин, — огрызнулся Парз. — Поищите в справке. Разновидность материи с особыми свойствами, позволяющими удерживать открытым устье червоточины. Технологию разработал человек по имени Майкл Пул.

opus: — Это человеческий термин, — отрезал Парз. — Посмотрите сами. Разновидность материи с особыми свойствами, которые позволяют ей удерживать устье червоточины открытым. Технологию разработал человек по имени Майкл Пул.

sol: — Это человеческий термин, — огрызнулся Парз. — Поищите в справочнике. Разновидность материи с особыми свойствами, позволяющими удерживать открытым устье червоточины. Технологию разработал человек по имени Майкл Пул.

pro: — Это человеческий термин, — огрызнулся Парз. — Наведите справки. Разновидность материи с особыми свойствами, которые позволяют ей удерживать открытым устье червоточины. Эта технология была разработана человеком по имени Майкл Пул.

flash 3.8: — Это человеческий термин, — огрызнулся Парз. — Поищите сами. Разновидность материи с особыми свойствами, которые позволяют удерживать открытым устье червоточины. Технологию разработал человек по имени Майкл Пул.

50

EN: ‘You know that when humankind was brought into its present close economic relationship with the Qax, the second terminal of this wormhole - the stationary one, still orbiting Jupiter - was destroyed,’ the Governor said.

flash: — Вам известно, что, когда человечество было вовлечено в нынешние тесные экономические отношения с кваксами, второе устье этой червоточины — неподвижное, всё ещё остававшееся на орбите Юпитера, — было уничтожено, — сказал Губернатор.

opus: — Вам известно, что, когда человечество было приведено к нынешним тесным экономическим отношениям с кваксами, второе устье этой червоточины — неподвижное, всё ещё обращавшееся вокруг Юпитера, — было уничтожено, — сказал Губернатор.

sol: — Вам известно, что, когда человечество было вовлечено в нынешние тесные экономические отношения с кваксами, второе устье этой червоточины — неподвижное, всё ещё обращавшееся вокруг Юпитера — было уничтожено, — сказал Губернатор.

pro: — Вы знаете, что когда человечество было приведено к его нынешним тесным экономическим отношениям с кваксами, второе устье этой червоточины — стационарное, всё ещё обращавшееся вокруг Юпитера, — было уничтожено, — сказал Губернатор.

flash 3.8: — Вы знаете, что когда человечество вступило в нынешние тесные экономические отношения с кваксами, второе устье этой червоточины — неподвижное, всё ещё остававшееся на орбите Юпитера, — было уничтожено, — произнёс Губернатор.

51

EN: ‘Yes. You do tend to destroy anything you do not understand,’ Parz said drily.

flash: — Да. Вы вообще склонны уничтожать всё, чего не понимаете, — сухо заметил Парз.

opus: — Да. Вы вообще склонны уничтожать всё, чего не понимаете, — сухо сказал Парз.

sol: — Да. Вы склонны уничтожать всё, чего не понимаете, — сухо заметил Парз.

pro: — Да. Вы вообще склонны уничтожать всё, чего не понимаете, — сухо сказал Парз.

flash 3.8: — Да. Вы ведь склонны уничтожать всё, чего не понимаете, — сухо заметил Парз.

52

EN: The Qax paused. Then it said, ‘If the malfunctioning of your body is impairing you, we may continue later.’

flash: Квакс помолчал, затем произнёс:
— Если сбои в работе вашего тела мешают вам, мы можем продолжить позже.

opus: Квакс помолчал. Потом сказал:
— Если отказ вашего тела вам мешает, мы можем продолжить позже.

sol: Квакс помолчал. Затем произнёс:
— Если неполадки вашего тела мешают вам, мы можем продолжить позже.

pro: Квакс помолчал. Затем он произнес:
— Если сбои в работе вашего тела мешают вам, мы можем продолжить позже.

flash 3.8: Квакс помолчал. Затем произнёс: — Если неполадки вашего тела вам мешают, мы можем продолжить позже.

53

EN: ‘Let’s get it over with.’ Parz went on, ‘After fifteen centuries, the other end of the wormhole is returning to the Solar System. It is being towed by the Cauchy, a freighter of ancient human design; we speculate that relativistic effects have preserved living humans aboard the freighter, from the era of its launch.’

flash: — Давайте покончим с этим. — Парз продолжил: — Спустя пятнадцать веков другой конец червоточины возвращается в Солнечную систему. Его буксирует «Коши», грузовик древней человеческой конструкции; мы предполагаем, что релятивистские эффекты сохранили живых людей на борту грузовика — тех самых, из эпохи его запуска.

opus: — Давайте покончим с этим. — Парз продолжил: — Спустя пятнадцать веков другое устье червоточины возвращается в Солнечную систему. Его буксирует «Коши», грузовой корабль древней человеческой постройки; мы предполагаем, что релятивистские эффекты сохранили на его борту живых людей из эпохи запуска.

sol: — Давайте покончим с этим. — Парз продолжил: — Через пятнадцать столетий другой конец червоточины возвращается в Солнечную систему. Его буксирует «Коши», грузовой корабль древней человеческой конструкции; мы предполагаем, что благодаря релятивистским эффектам на его борту сохранились живые люди — современники запуска.

pro: — Давайте покончим с этим. — Парз продолжил: — Спустя пятнадцать веков другой конец червоточины возвращается в Солнечную систему. Его буксирует «Коши», грузовик древней человеческой конструкции; мы предполагаем, что релятивистские эффекты сохранили на борту грузовика живых людей из эпохи его запуска.

flash 3.8: — Покончим с этим, — продолжал Парз. — Спустя пятнадцать веков второй конец червоточины возвращается в Солнечную систему. Его буксирует «Коши», грузовое судно древней человеческой конструкции; мы предполагаем, что благодаря релятивистским эффектам на борту грузовика сохранились живые люди из эпохи его запуска.

54

EN: ‘Why is it returning?’

flash: — Почему он возвращается?

opus: — Почему оно возвращается?

sol: — Почему он возвращается?

pro: — Почему он возвращается?

flash 3.8: — Почему оно возвращается?

55

EN: ‘Because that was the mission profile. Look.’ Parz downloaded more data into the table. ‘They were due to return about now, and so they have.’

flash: — Потому что таков был план полёта. Смотрите. — Парз выгрузил в столик новую порцию данных. — Они должны были вернуться примерно сейчас — и вернулись.

opus: — Потому что таков был план полёта. Смотрите. — Парз сбросил в стол ещё данных. — Они должны были вернуться примерно сейчас — и вернулись.

sol: — Потому что так предусматривал план полёта. Смотрите. — Парз загрузил в стол новые данные. — Вернуться они должны были примерно сейчас — и вот вернулись.

pro: — Потому что таков был план экспедиции. Смотрите. — Парз загрузил в столешницу дополнительные данные. — Они должны были вернуться примерно в это время, вот они и вернулись.

flash 3.8: — Потому что такова была программа полёта. Смотрите. — Парз загрузил в столик новую порцию данных. — Они должны были вернуться примерно сейчас — вот и вернулись.

56

EN: The Qax said, ‘Perhaps, since the destruction of the second, stationary tetrahedron, the wormhole device will not function. We should therefore regard this - visit from the stars - as no threat. What is your assessment?’

flash: Квакс сказал:
— Возможно, после уничтожения второго, неподвижного тетраэдра устройство червоточины не будет функционировать. Следовательно, нам стоит расценивать этот... визит от звёзд как не представляющий угрозы. Какова ваша оценка?

opus: Квакс сказал:
— Возможно, после уничтожения второго, неподвижного тетраэдра червоточинное устройство не действует. Значит, этот… визит со звёзд можно не считать угрозой. Какова ваша оценка?

sol: Губернатор сказал:
— Возможно, после уничтожения второго, неподвижного тетраэдра устройство червоточины не будет работать. Следовательно, этот… визит со звёзд… не следует считать угрозой. Какова ваша оценка?

pro: Квакс сказал:
— Возможно, после уничтожения второго, стационарного тетраэдра, червоточинное устройство не будет функционировать. Следовательно, нам стоит расценивать этот — визит со звёзд — как не представляющий угрозы. Какова ваша оценка?

flash 3.8: Квакс произнёс: — Возможно, после уничтожения второго, неподвижного тетраэдра устройство червоточины действовать не будет. Следовательно, нам следует рассматривать этот — визит от звёзд — как не представляющий угрозы. Какова ваша оценка?

57

EN: ‘Maybe you’re right.’

flash: — Может, вы и правы.

opus: — Возможно, вы правы.

sol: — Может быть, вы правы.

pro: — Может быть, вы правы.

flash 3.8: — Возможно, вы правы.

58

EN: ‘How could we be wrong?’

flash: — В чём же мы можем ошибаться?

opus: — В чём мы могли бы ошибаться?

sol: — В чём мы можем ошибаться?

pro: — В чём мы могли бы ошибаться?

flash 3.8: — В чём же мы можем ошибаться?

59

EN: ‘Because the original purpose of the Interface project was not to provide a means of travelling through space . . . but through time. I am not a physicist, but I doubt that your destruction of the second terminus will have destroyed its functionality.’

flash: — В том, что изначальной целью проекта «Интерфейс» было не перемещение в пространстве... а путешествие во времени. Я не физик, но сомневаюсь, что уничтожение второго устья лишило его работоспособности.

opus: — В том, что изначальной целью проекта «Интерфейс» было дать средство перемещаться не в пространстве… а во времени. Я не физик, но сомневаюсь, что уничтожение второго устья лишило его работоспособности.

sol: — Потому что первоначальной целью проекта «Интерфейс» было не средство перемещения в пространстве… а путешествие во времени. Я не физик, но сомневаюсь, что, уничтожив второе устье, вы лишили червоточину работоспособности.

pro: — Потому что изначальная цель проекта «Интерфейс» заключалась в том, чтобы предоставить средство передвижения не сквозь пространство... а сквозь время. Я не физик, но сомневаюсь, что уничтожение вами второго устья разрушило его функциональность.

flash 3.8: — Потому что изначальной целью проекта «Интерфейс» было перемещение не в пространстве… а во времени. Я не физик, но сомневаюсь, что уничтожение вами второго устья нарушило его работоспособность.

60

EN: Parz’s slate now filled with a simple image of a tetrahedral framework; the image had been enhanced to the limit of the telescopic data and the picture was sharp but bleached of detail.

flash: Планшет Парза заполнило простое изображение тетраэдрического каркаса; снимок был улучшен до предела возможностей телескопических данных — чёткий, но начисто лишённый мелких деталей.

opus: Планшет Парза заполнило простое изображение тетраэдрического каркаса; картинку вытянули до предела телескопических данных, и она была резкой, но словно выцветшей, без подробностей.

sol: Теперь весь планшет Парза занимало простое изображение тетраэдрического каркаса; его обработали до предела, допускаемого телескопическими данными, и картинка получилась резкой, но почти лишённой подробностей.

pro: Планшет Парза теперь заполнился простым изображением тетраэдрического каркаса; изображение было улучшено до предела возможностей телескопических данных, и картинка была резкой, но выбеленной, лишенной деталей.

flash 3.8: Экран планшета Парза теперь заполнило простое изображение тетраэдрического каркаса; его улучшили до предела возможностей телескопических данных, и картинка получилась резкой, но выбеленной, лишённой деталей.

61

EN: The Governor said, ‘You are implying that we may be witnessing here a functioning time machine? - a passage, a tunnel through time which connects us to the humanity of fifteen centuries ago?’

flash: Губернатор сказал:
— Вы хотите сказать, что перед нами, возможно, действующая машина времени? Проход, туннель сквозь время, соединяющий нас с человечеством пятнадцативековой давности?

opus: Губернатор сказал:
— Вы намекаете, что перед нами действующая машина времени? Проход, туннель во времени, соединяющий нас с человечеством пятнадцативековой давности?

sol: Губернатор сказал:
— Вы подразумеваете, что мы, возможно, наблюдаем действующую машину времени? Проход, туннель сквозь время, соединяющий нас с человечеством пятнадцативековой давности?

pro: Губернатор сказал:
— Вы намекаете, что мы, возможно, наблюдаем здесь функционирующую машину времени? — проход, туннель сквозь время, который соединяет нас с человечеством пятнадцативековой давности?

flash 3.8: Губернатор произнёс: — Вы намекаете, что перед нами, возможно, действующая машина времени? — проход, туннель сквозь время, соединяющий нас с человечеством пятнадцативековой давности?

62

EN: ‘Yes. Perhaps we are.’ Parz stared at the image, trying to make out detail in the faces of the tetrahedron. Was it possible that just beyond those sheets of flawed space was a Solar System free of the domination of the Qax - a system peopled by free, bold, immortal humans, brave enough to conceive such an audacious project as the Interface? He willed himself to see through these grainy pixels into a better past. But there was insufficient data in this long-range image, and soon his old eyes felt rheumy and sore, despite their enhancements.

flash: — Да. Возможно, так и есть. — Парз вглядывался в изображение, пытаясь различить детали на гранях тетраэдра. Неужели прямо за этими полотнищами дефектного пространства находилась Солнечная система, свободная от владычества кваксов, — система, населённая вольными, смелыми, бессмертными людьми, у которых достало дерзости замыслить столь грандиозный проект, как «Интерфейс»? Он заставлял себя разглядеть сквозь зернистые пиксели лучшее прошлое. Но в этом снимке с дальней дистанции не хватало данных, и вскоре его старые глаза, несмотря на все улучшения, заслезились и заболели.

opus: — Да. Возможно, так и есть. — Парз всматривался в изображение, пытаясь разглядеть подробности на гранях тетраэдра. Возможно ли, что сразу за этими полотнищами дефектного пространства лежит Солнечная система, свободная от владычества кваксов, — система, населённая свободными, дерзкими, бессмертными людьми, которым хватило смелости задумать такой отчаянный проект, как Интерфейс? Он усилием воли старался пробиться сквозь зернистые пиксели в лучшее прошлое. Но в снимке с такого расстояния данных не хватало, и вскоре старые глаза, при всех их улучшениях, заслезились и заныли.

sol: — Да. Возможно. — Парз всматривался в изображение, стараясь различить детали на гранях тетраэдра. Неужели сразу за этими плоскостями повреждённого пространства могла находиться Солнечная система, свободная от власти кваксов, — система, населённая свободными, смелыми, бессмертными людьми, которым хватило отваги задумать столь дерзкий проект, как «Интерфейс»? Он изо всех сил пытался разглядеть сквозь зернистые пиксели лучшее прошлое. Но данных в этом изображении, полученном с огромного расстояния, было недостаточно, и вскоре его старые глаза, несмотря на усовершенствования, заслезились и заболели.

pro: — Да. Возможно, так и есть. — Парз уставился на изображение, пытаясь разглядеть детали на гранях тетраэдра. Возможно ли, что сразу за этими полотнищами дефектного пространства лежала Солнечная система, свободная от господства кваксов — система, населенная свободными, дерзкими, бессмертными людьми, достаточно отважными, чтобы задумать такой амбициозный проект, как Интерфейс? Он заставил себя всмотреться сквозь эти зернистые пиксели в лучшее прошлое. Но в этом изображении, полученном с большого расстояния, было недостаточно данных, и вскоре его старые глаза почувствовали слезливость и боль, несмотря на все их улучшения.

flash 3.8: — Да. Возможно, так и есть. — Парз вглядывался в изображение, пытаясь различить детали на гранях тетраэдра. Неужели прямо за этими плоскостями дефектного пространства находилась Солнечная система, свободная от господства кваксов, — система, населённая свободными, дерзкими, бессмертными людьми, достаточно смелыми, чтобы задумать столь дерзкий проект, как «Интерфейс»? Он усилием воли заставлял себя вглядываться сквозь эти зернистые пиксели в лучшее прошлое. Но в этом снимке с дальнего расстояния не хватало данных, и вскоре его старые глаза, несмотря на все биотехнические улучшения, заслезились и заболели.

63

EN: The Qax had fallen silent.

flash: Квакс замолчал.

opus: Квакс замолчал.

sol: Квакс умолк.

pro: Квакс умолк.

flash 3.8: Квакс замолчал.

64

EN: With the image still frozen on the screen, Parz settled back into his chair and closed his aching eyes. He was growing tired of the Governor’s game. Let it get to the point in its own time.

flash: Пока изображение оставалось застывшим на экране, Парз откинулся на спинку кресла и закрыл ноющие глаза. Игра Губернатора начинала его утомлять. Пусть переходит к делу, когда сочтёт нужным.

opus: Не убирая изображения с экрана, Парз откинулся в кресле и закрыл ноющие глаза. Игра Губернатора начинала его утомлять. Пусть перейдёт к сути, когда сам сочтёт нужным.

sol: Изображение застыло на экране, а Парз откинулся в кресле и закрыл ноющие глаза. Игра Губернатора начинала ему надоедать. Пусть доберётся до сути, когда ему заблагорассудится.

pro: Пока изображение всё ещё застыло на экране, Парз откинулся на спинку кресла и закрыл ноющие глаза. Он начинал уставать от игры Губернатора. Пусть тот переходит к делу, когда сам сочтёт нужным.

flash 3.8: Изображение по-прежнему застыло на экране; Парз откинулся на спинку кресла и прикрыл ноющие глаза. Ему надоедала игра Губернатора. Пусть переходит к сути, когда сочтёт нужным.

65

EN: It was depressing to reflect on how little more had been learned about the Qax during the Occupation: even human ambassadors like Parz were kept at more than arm’s length. Still, Parz had used his fleeting contacts to sift out fragments of knowledge, wisdom, glimpses of the nature of the Qax, all built into the picture that had been handed down from a happier past.

flash: Было горько думать о том, как мало удалось узнать о кваксах за время Оккупации: даже человеческих послов вроде Парза держали на более чем почтительном расстоянии. И всё же Парз использовал свои мимолётные контакты, чтобы по крупицам выуживать крупицы знаний, отблески понимания природы кваксов, встраивая их в ту картину, что досталась в наследство от более счастливого прошлого.

opus: Грустно было думать, как мало нового узнали о кваксах за всю Оккупацию: даже человеческих послов вроде Парза держали дальше вытянутой руки. И всё же Парз пользовался своими мимолётными касаниями, чтобы отсеивать крупицы знаний, догадок, проблесков подлинной природы кваксов, — всё это укладывалось в картину, доставшуюся в наследство от более счастливого прошлого.

sol: Удручало, как мало удалось узнать о кваксах за время Оккупации: даже человеческих послов вроде Парза держали не просто на расстоянии, а за тридевять земель. И всё же благодаря редким встречам Парз сумел собрать крупицы знаний, прозрений, мимолётных проблесков природы кваксов и дополнить ими картину, доставшуюся от более счастливого прошлого.

pro: Было тягостно размышлять о том, как мало нового удалось узнать о кваксах за время Оккупации: даже таких человеческих послов, как Парз, держали более чем на расстоянии вытянутой руки. И всё же Парз использовал свои мимолётные контакты, чтобы по крупицам отсеивать фрагменты знаний, мудрости, проблески природы кваксов, встраивая всё это в картину, которая была передана из более счастливого прошлого.

flash 3.8: Было горько думать о том, как мало нового удалось узнать о кваксах за время Оккупации: даже человеческих послов вроде Парза держали на строжайшей дистанции. И всё же Парз пользовался своими мимолётными контактами, чтобы выуживать крупицы знаний, житейской мудрости, смутные представления о природе кваксов, дополняя картину, унаследованную от более счастливого прошлого.

66

EN: Like everybody else, Parz had never actually seen a Qax. He suspected that they were physically extensive - otherwise, why use Spline freighters to travel? - but, in any event, it was not their physical form but their minds, their motivation, that was so fascinating. He’d become convinced that it was only by knowing the enemy - by seeing the universe through the consciousness of the Qax - that men could hope to throw off the heavy yoke of the Occupation.

flash: Как и все остальные, Парз никогда не видел квакса воочию. Он подозревал, что физически они весьма велики — иначе зачем передвигаться на грузовиках-сплайнах? — но в любом случае завораживал не их телесный облик, а их разум, их мотивы. Он проникся убеждением: лишь узнав врага — взглянув на Вселенную через сознание кваксов, — люди могли надеяться сбросить тяжкое ярмо Оккупации.

opus: Как и все прочие, Парз ни разу не видел квакса. Он подозревал, что телом они велики, — иначе зачем путешествовать на грузовых сплайнах? — но занимала его в любом случае не телесная форма, а их разум, их побуждения. Он уверился, что только узнав врага, только увидев Вселенную сознанием кваксов, люди могут надеяться сбросить тяжкое ярмо Оккупации.

sol: Как и все остальные, Парз никогда не видел квакса воочию. Он подозревал, что физически они огромны — иначе зачем путешествовать на грузовых сплайнах? — но в любом случае его так завораживали не тела, а разум кваксов, их побуждения. Парз убедился: люди смогут надеяться сбросить тяжёлое ярмо Оккупации, лишь познав врага — увидев Вселенную глазами квакса.

pro: Как и все остальные, Парз на самом деле никогда не видел квакса. Он подозревал, что они были физически огромными — иначе зачем использовать для путешествий грузовики-сплайны? — но, в любом случае, завораживала не их физическая форма, а их умы, их мотивация. Он убедился, что только познав врага — увидев вселенную через сознание кваксов — люди могли надеяться сбросить тяжкое иго Оккупации.

flash 3.8: Как и все остальные, Парз ни разу не видел квакса воочию. Он подозревал, что физически они весьма велики — иначе зачем им использовать для перемещений грузовые сплайны? — но в любом случае завораживал не их телесный облик, а их разум, их мотивы. Он пришёл к убеждению: лишь познав врага — взглянув на Вселенную через призму сознания кваксов, — люди смогут надеяться сбросить тяжкое ярмо Оккупации.

67

EN: He had come to suspect, for instance, that comparatively few individuals comprised the Qax race - perhaps no more than thousands. Certainly nothing like the billions which had once constituted humanity, in the years before the development of AS technology. And he was sure that there were only three or four Qax individuals assigned to the supervision of Earth, orbiting in the warm bellies of their Spline freighters.

flash: Он, например, начал подозревать, что раса кваксов состоит из сравнительно малого числа особей — быть может, не больше нескольких тысяч. Уж точно ничего похожего на миллиарды, составлявшие когда-то человечество в годы до создания АС-технологии. И он был уверен, что надзором за Землёй занимаются всего три или четыре квакса, находящиеся на орбите в тёплых брюхах своих сплайнов-грузовиков.

opus: Так, он пришёл к подозрению, что раса кваксов состоит из сравнительно немногих особей — быть может, из нескольких тысяч, не больше. Уж точно не из миллиардов, какие составляли когда-то человечество, в годы до появления АС-технологии. И он был уверен, что за надзором над Землёй поставлены всего три или четыре квакса, обращающиеся вокруг неё в тёплых брюхах своих грузовых сплайнов.

sol: К примеру, он начал подозревать, что раса кваксов насчитывает сравнительно мало особей — возможно, не больше нескольких тысяч. Уж точно не миллиарды, из которых некогда состояло человечество, до появления АС-технологии. И он был уверен, что надзор за Землёй поручен всего трём или четырём кваксам, обитающим в тёплых брюхах своих грузовых сплайнов.

pro: Он, например, начал подозревать, что расу кваксов составляло сравнительно немного особей — возможно, не больше нескольких тысяч. Уж точно ничего похожего на те миллиарды, которые когда-то составляли человечество, в годы до развития АС-технологии. И он был уверен, что для надзора за Землей было назначено всего три или четыре особи кваксов, обращавшихся по орбите в тёплых брюхах своих грузовиков-сплайнов.

flash 3.8: Он начал подозревать, к примеру, что раса кваксов насчитывает сравнительно мало особей — возможно, не больше нескольких тысяч. Уж точно ни о каких миллиардах речи не шло — в отличие от прежнего человечества в годы до создания технологии АС. И он был уверен, что надзором за Землёй занимаются всего три или четыре особи кваксов, обращающиеся по орбите в тёплых брюхах своих грузовых сплайнов.

68

EN: This hypothesis had many corollaries, of course.

flash: Из этой гипотезы, разумеется, следовало множество выводов.

opus: У этой гипотезы, разумеется, было множество следствий.

sol: Разумеется, из этой гипотезы вытекало множество следствий.

pro: У этой гипотезы, разумеется, было много следствий.

flash 3.8: Из этой гипотезы, разумеется, следовало множество выводов.

69

EN: The Qax were immortal, probably - certainly there was evidence that the same Governor had ruled Earth from the beginning of the Occupation. And with such a small and static population, and with all the time in the world, each Qax would surely come to know the rest of its species intimately.

flash: Кваксы, вероятно, были бессмертны — во всяком случае, имелись свидетельства, что один и тот же Губернатор правил Землёй с самого начала Оккупации. А при столь малочисленной и статичной популяции, да ещё и располагая всем временем мира, каждый квакс неизбежно должен был близко узнать всех остальных сородичей.

opus: Кваксы, вероятно, бессмертны — во всяком случае, есть свидетельства, что Землёй с самого начала Оккупации правит один и тот же Губернатор. А при столь малом и неизменном населении, имея впереди всё время мира, каждый квакс неминуемо узнаёт всех остальных своих сородичей до последней мелочи.

sol: Вероятно, кваксы были бессмертны — во всяком случае, имелись свидетельства, что с самого начала Оккупации Землёй правил один и тот же Губернатор. При столь малочисленном и неизменном населении, располагая всем временем мира, каждый квакс наверняка знал остальных представителей своего вида до мельчайших подробностей.

pro: Кваксы, вероятно, были бессмертны — во всяком случае, существовали свидетельства того, что один и тот же Губернатор правил Землей с самого начала Оккупации. И при таком маленьком и статичном населении, имея в своём распоряжении всё время мира, каждый квакс наверняка должен был узнать остальных представителей своего вида досконально.

flash 3.8: Вероятно, кваксы были бессмертны — во всяком случае, имелись свидетельства того, что один и тот же Губернатор правил Землёй с самого начала Оккупации. А при столь малочисленной и статичной популяции, имея в своём распоряжении всю вечность, каждый квакс неизбежно должен был досконально узнать всех остальных сородичей.

70

EN: Perhaps too well.

flash: Быть может, даже слишком хорошо.

opus: Пожалуй, слишком хорошо.

sol: Возможно, даже слишком хорошо.

pro: Пожалуй, даже слишком хорошо.

flash 3.8: Пожалуй, даже слишком хорошо.

71

EN: Parz imagined rivalries building over centuries. There would be scheming, manoeuvring, endless politicking . . . and trading. With such a small and intimate population surely, no form of formal policing could operate. How to build consensus behind any laws? How to construct laws which would not be seen to discriminate against individuals?

flash: Парз представлял себе соперничество, копившееся веками. Интриги, манёвры, бесконечные политические игры... и торговля. При столь крошечном и тесно связанном сообществе наверняка не могла действовать никакая полиция. Как прийти к согласию по поводу законов? Как составить законы так, чтобы в них не увидели ущемления прав отдельных лиц?

opus: Парзу представлялось, как веками копится соперничество. Интриги, манёвры, бесконечная политика… и торговля. При таком малом и тесном населении никакая правильная охрана порядка работать не может. Как выстроить согласие вокруг законов? Как составить законы, которые не выглядели бы направленными против отдельных особей?

sol: Парз представлял, как столетиями копится соперничество. Заговоры, манёвры, бесконечные политические игры… и торговля. При столь малочисленном и тесном сообществе, несомненно, не могла действовать никакая формальная система охраны порядка. Как добиться всеобщего согласия по поводу законов? Как составить законы, которые не сочли бы направленными против отдельных особей?

pro: Парз представлял себе соперничество, нарастающее столетиями. Должны были существовать интриги, маневрирование, бесконечное политиканство... и торговля. При таком маленьком и тесном населении, конечно же, не могла действовать никакая форма официальной полиции. Как выстроить консенсус вокруг любых законов? Как создать законы, которые не выглядели бы дискриминационными по отношению к отдельным особям?

flash 3.8: Парз представлял себе соперничество, копившееся веками. Там наверняка плелись интриги, шли манёвры, бесконечные политические игры… и торговля. При столь малочисленном и замкнутом населении никакая форма официальной полиции существовать, конечно, не могла. Как добиться согласия по поводу каких бы то ни было законов? Как сформулировать законы так, чтобы в них не увидели ущемления прав отдельных лиц?

72

EN: . . . But there were natural laws which governed any society. Parz, drifting into a contemplative doze, nodded to himself. It was logical. The Qax must work like so many independent corporations, in pure competition; they would swim in a sea of perfect information about each other’s activities and intentions, kept in some semblance of order only by the operation of the laws of economics. Yes; the theory felt right to Parz. The Qax were natural traders. They had to be. And trading relationships would be their natural mode of approaching other species, once they started spreading beyond their own planet.

flash: ...Но существовали естественные законы, управляющие любым обществом. Парз, погружаясь в задумчивую дрёму, кивнул сам себе. Это логично. Кваксы должны действовать наподобие независимых корпораций в условиях чистой конкуренции; они купаются в море исчерпывающей информации о делах и намерениях друг друга, а видимость порядка поддерживается исключительно действием законов экономики. Да, теория казалась Парзу верной. Кваксы были прирождёнными торговцами. Иначе и быть не могло. И торговые отношения стали их естественным способом взаимодействия с другими видами, когда они начали расселяться за пределы родной планеты.

opus: …Но есть естественные законы, управляющие любым обществом. Парз, соскальзывая в задумчивую дрёму, кивнул сам себе. Это логично. Кваксы должны работать как множество независимых корпораций в условиях чистой конкуренции; они плавают в море полных сведений о делах и намерениях друг друга, и подобие порядка держится у них только на законах экономики. Да, теория казалась Парзу верной. Кваксы — прирождённые торговцы. Иначе и быть не может. И торговые отношения — их естественный способ подходить к другим видам, едва они начнут расселяться за пределы своей планеты.

sol: …Однако существуют естественные законы, управляющие любым обществом. Погружаясь в задумчивую дрёму, Парз кивнул самому себе. Всё было логично. Кваксы, должно быть, действовали как независимые корпорации в условиях чистой конкуренции; они плавали в море совершенной осведомлённости о делах и намерениях друг друга, а некоторое подобие порядка поддерживалось лишь действием законов экономики. Да, Парз чувствовал: теория верна. Кваксы были прирождёнными торговцами. Иными быть не могли. И, начав расселяться за пределы родной планеты, они естественным образом должны были строить отношения с другими видами на торговой основе.

pro: ...Но существовали естественные законы, управляющие любым обществом. Парз, погружаясь в созерцательную дремоту, кивнул самому себе. Это было логично. Кваксы должны были действовать подобно множеству независимых корпораций в условиях чистой конкуренции; они плавали бы в море совершенной информации о деятельности и намерениях друг друга, удерживаемые в некоем подобии порядка лишь действием законов экономики. Да; эта теория казалась Парзу верной. Кваксы были прирожденными торговцами. Они должны были ими быть. И торговые отношения стали бы их естественным способом подхода к другим видам, как только они начали бы распространяться за пределы своей собственной планеты.

flash 3.8: …Но существовали естественные законы, управляющие любым обществом. Парз, погружаясь в созерцательную дремоту, кивнул собственным мыслям. Это было логично. Кваксы должны действовать подобно множеству независимых корпораций в условиях чистой конкуренции; они купались бы в море совершенной информации о делах и намерениях друг друга, а в некоем подобии порядка их удерживало бы лишь действие законов экономики. Да, теория казалась Парзу верной. Кваксы были прирождёнными торговцами. Иначе и быть не могло. И торговые отношения стали бы для них естественным способом взаимодействия с другими видами, едва они начали расселяться за пределы родной планеты.

73

EN: Unless, as in the case of humanity, other opportunities, too soft and welcoming, beckoned . . .

flash: Если только, как в случае с человечеством, их не манили иные возможности — слишком податливые и соблазнительные...

opus: Если только, как в случае с человечеством, не поманит что-то другое, слишком мягкое и податливое…

sol: Если только, как в случае с человечеством, их не манили другие возможности — чересчур мягкие и гостеприимные…

pro: Если только, как в случае с человечеством, их не манили другие возможности, слишком мягкие и гостеприимные...

flash 3.8: Если только, как в случае с человечеством, не открывались иные возможности — чересчур лёгкие и соблазнительные…

74

EN: Parz didn’t believe - as many commentators maintained - that the Qax were an innately militaristic species. With such a small number of individuals they could never have evolved a philosophy of warfare; never could they have viewed soldiers (of their own race) as expendable cannon-fodder, as a renewable resource to be husbanded or expended to suit the needs of a conflict. The murder of a Qax must be a crime of unimaginable horror.

flash: Парз не верил — вопреки утверждениям многих обозревателей, — будто кваксы по природе своей воинственны. При столь ничтожной численности они никогда не выработали бы философию войны; они ни за что не стали бы рассматривать солдат (собственной расы) как расходное пушечное мясо, как восполнимый ресурс, который можно беречь или тратить ради нужд конфликта. Убийство квакса должно быть преступлением невообразимой тяжести.

opus: Парз не верил — в отличие от многих толкователей, — что кваксы по природе своей воинственная раса. При столь малом числе особей у них не могло сложиться философии войны; никогда они не смогли бы смотреть на солдат (своей же расы) как на расходное пушечное мясо, как на возобновимый ресурс, который можно беречь или тратить по нуждам схватки. Убийство квакса должно быть для них преступлением невообразимого ужаса.

sol: Парз не верил — вопреки утверждениям многих комментаторов, — что кваксы от природы воинственный вид. При такой малочисленности они никогда не смогли бы выработать философию войны; никогда не научились бы смотреть на солдат (собственной расы) как на расходное пушечное мясо, восполняемый ресурс, который можно беречь или тратить сообразно нуждам конфликта. Убийство квакса, должно быть, считалось преступлением невообразимой чудовищности.

pro: Парз не верил — как утверждали многие комментаторы — что кваксы были от природы милитаристским видом. С таким малым числом особей у них никогда не смогла бы развиться философия ведения войны; они никогда не смогли бы рассматривать солдат (своей собственной расы) как расходное пушечное мясо, как возобновляемый ресурс, который можно беречь или расходовать в угоду нуждам конфликта. Убийство квакса должно быть преступлением невообразимого ужаса.

flash 3.8: Парз не верил — вопреки утверждениям многих комментаторов, — будто кваксы воинственны по своей природе. При столь ничтожной численности у них никогда не могла бы развиться философия войны; они никогда не смогли бы смотреть на солдат (собственной расы) как на расходное пушечное мясо, как на возобновляемый ресурс, который можно беречь или тратить сообразно нуждам конфликта. Убийство квакса должно быть преступлением невообразимого ужаса.

75

EN: No, the Qax weren’t warlike. They had defeated humanity and occupied the Earth merely because it had been so easy.

flash: Нет, кваксы не были воинственны. Они разгромили человечество и оккупировали Землю лишь потому, что это оказалось так просто.

opus: Нет, кваксы не воинственны. Они разбили человечество и оккупировали Землю просто потому, что это оказалось так легко.

sol: Нет, кваксы не были воинственны. Они победили человечество и оккупировали Землю лишь потому, что это оказалось так легко.

pro: Нет, кваксы не были воинственными. Они победили человечество и оккупировали Землю лишь потому, что это оказалось так просто.

flash 3.8: Нет, кваксы не были воинственными. Они разгромили человечество и оккупировали Землю просто потому, что это оказалось слишком легко.

76

EN: Of course, this wasn’t a popular view, and Parz had learned to keep it to himself.

flash: Разумеется, этот взгляд не пользовался популярностью, и Парз научился держать его при себе.

opus: Разумеется, взгляд этот популярностью не пользовался, и Парз научился держать его при себе.

sol: Разумеется, подобный взгляд популярностью не пользовался, и Парз научился держать его при себе.

pro: Разумеется, этот взгляд не пользовался популярностью, и Парз научился держать его при себе.

flash 3.8: Разумеется, такой взгляд популярностью не пользовался, и Парз научился держать его при себе.

77

EN: ‘Ambassador Jasoft Parz.’

flash: — Посол Джасофт Парз.

opus: — Посол Джасофт Парз.

sol: — Посол Джасофт Парз.

pro: — Посол Джасофт Парз.

flash 3.8: — Посол Джасофт Парз.

78

EN: The Governor’s sharp, feminine voice jarred him to full alertness. Had he actually slept? He rubbed his eyes and sat up - then winced at fresh aches in his spine. ‘Yes, Governor. I can hear you.’

flash: Резкий женский голос Губернатора заставил его мгновенно очнуться. Неужели он и правда заснул? Он потёр глаза и выпрямился — и тут же поморщился от новой вспышки боли в позвоночнике.
— Да, Губернатор. Я вас слышу.

opus: Резкий женский голос Губернатора вернул его в полную ясность. Неужели он и вправду заснул? Он потёр глаза и выпрямился — и поморщился от новой боли в позвоночнике.
— Да, Губернатор. Я вас слышу.

sol: Резкий женский голос Губернатора мгновенно привёл его в чувство. Неужели он и вправду уснул? Парз потёр глаза и выпрямился — и тут же поморщился от новой боли в позвоночнике.
— Да, Губернатор. Я вас слышу.

pro: Резкий, женский голос Губернатора вернул его к полной бодрости. Неужели он в самом деле заснул? Он потёр глаза и выпрямился, а затем поморщился от свежей боли в позвоночнике.
— Да, Губернатор. Я вас слышу.

flash 3.8: Резкий женский голос Губернатора заставил его мгновенно очнуться. Неужели он и вправду уснул? Он потёр глаза и сел прямо — затем поморщился от новой боли в позвоночнике. — Да, Губернатор. Я вас слышу.

79

EN: ‘I have brought you here to discuss new developments.’

flash: — Я вызвал вас сюда, чтобы обсудить новые события.

opus: — Я доставил вас сюда, чтобы обсудить новые обстоятельства.

sol: — Я привёз вас сюда, чтобы обсудить новые события.

pro: — Я привёз вас сюда, чтобы обсудить новые события.

flash 3.8: — Я вызвал вас сюда, чтобы обсудить развитие событий.

80

EN: Parz screwed up his eyes and focused on the slate before him. At last, he thought. He saw the approaching Interface tetrahedron, in an image as devoid of detail as before; the pixels seemed as large as thumbprints. The star background twinkled slowly. ‘Is this a recording? Why are you showing me this? This is worse than the data I brought you.’

flash: Парз прищурился и вгляделся в лежащий перед ним планшет. «Наконец-то», — подумал он. Он увидел приближающийся тетраэдр Интерфейса — изображение было столь же неразборчивым, как и прежде; пиксели казались размером с отпечаток пальца. Звёздный фон медленно мерцал.
— Это запись? Зачем вы мне это показываете? Тут всё ещё хуже, чем в данных, которые я вам принёс.

opus: Парз сощурился и сосредоточился на планшете. Наконец-то, подумал он. Он увидел приближающийся тетраэдр Интерфейса — изображение всё так же было лишено подробностей; пиксели казались размером с отпечаток большого пальца. Звёздный фон медленно мерцал.
— Это запись? Зачем вы мне это показываете? Это хуже тех данных, что я вам привёз.

sol: Парз прищурился, сосредоточившись на лежавшем перед ним планшете. Наконец-то, — подумал он. На экране приближался тетраэдр Интерфейса — изображение было столь же скудно подробностями, как прежде; пиксели казались размером с отпечаток большого пальца. Звёздный фон медленно мерцал.
— Это запись? Зачем вы мне её показываете? Она хуже тех данных, которые принёс я.

pro: Парз прищурился и сфокусировал взгляд на планшете перед собой. Наконец-то, подумал он. Он увидел приближающийся тетраэдр Интерфейса на изображении, столь же лишённом деталей, как и прежде; пиксели казались размером с отпечатки больших пальцев. Звёздный фон медленно мерцал.
— Это запись? Зачем вы показываете мне это? Это хуже тех данных, что я вам принёс.

flash 3.8: Парз прищурился и вгляделся в лежащий перед ним планшет. «Наконец-то», — подумал он. Он увидел приближающийся тетраэдр Интерфейса на снимке, столь же безнадёжно лишённом деталей, как и прежде; пиксели казались размером с отпечаток большого пальца. Звёздный фон медленно мерцал. — Это запись? Зачем вы мне это показываете? Это же хуже тех данных, что я вам доставил.

81

EN: ‘Watch.’

flash: — Смотрите.

opus: — Смотрите.

sol: — Смотрите.

pro: — Смотрите.

flash 3.8: — Смотрите.

82

EN: Parz, with a sigh, settled back as comfortably as he could; the sentient chair rubbed sympathetically at his back and legs.

flash: Парз со вздохом устроился поудобнее, насколько мог; полуразумное кресло сочувственно разминало ему спину и ноги.

opus: Парз со вздохом устроился поудобнее, насколько мог; разумное кресло участливо помяло ему спину и ноги.

sol: Вздохнув, Парз устроился поудобнее, насколько мог; разумное кресло участливо растирало ему спину и ноги.

pro: Парз со вздохом устроился поудобнее, насколько мог; разумное кресло сочувственно потёрло ему спину и ноги.

flash 3.8: Парз со вздохом откинулся назад, стараясь устроиться поудобнее; мыслящее кресло с сочувственной заботой принялось массировать ему спину и ноги.

83

EN: Some minutes passed; on the screen the tetrahedron hung on the rim of interstellar space, unchanging.

flash: Прошло несколько минут; тетраэдр на экране недвижимо висел на краю межзвёздного пространства.

opus: Прошло несколько минут; на экране тетраэдр неподвижно висел на краю межзвёздного пространства.

sol: Прошло несколько минут; на экране тетраэдр неподвижно висел у края межзвёздной пустоты.

pro: Прошло несколько минут; на экране тетраэдр висел на краю межзвёздного пространства, не меняясь.

flash 3.8: Минуло несколько минут; на экране тетраэдр неизменно висел на краю межзвёздного пространства.

84

EN: Then there was an irruption from the righthand side of the screen, a sudden blur, a bolt of pixels which lanced into the heart of the tetrahedron and disappeared.

flash: Затем в правую часть экрана что-то ворвалось: внезапный смазанный след, росчерк пикселей, который вонзился в самое сердце тетраэдра и исчез.

opus: Потом справа в кадр ворвалось нечто: внезапное размытое пятно, стрела из пикселей, вонзившаяся в сердце тетраэдра и пропавшая.

sol: Затем справа на экран внезапно что-то ворвалось: размытая молния, сгусток пикселей, пронзивший сердце тетраэдра и исчезнувший внутри.

pro: Затем последовало вторжение с правой стороны экрана, внезапное размытое пятно, сгусток пикселей, который вонзился в сердце тетраэдра и исчез.

flash 3.8: Затем с правой стороны экрана последовало вторжение — внезапное размытое пятно, стрела пикселей, которая вонзилась в самое сердце тетраэдра и исчезла.

85

EN: Parz, forgetting his back, sat up and had the slate replay the image, moment by moment. It was impossible to make out details of any kind, but the meaning of the sequence was clear. ‘My God,’ he breathed. ‘That’s a ship, isn’t it?’

flash: Парз, позабыв о спине, выпрямился и заставил планшет прокрутить запись покадрово. Различить какие-либо детали было невозможно, но смысл происходящего не вызывал сомнений.
— Боже мой, — выдохнул он. — Это ведь корабль?

opus: Парз, забыв о спине, выпрямился и заставил планшет проиграть запись заново, мгновение за мгновением. Разобрать хоть какие-то подробности было невозможно, но смысл происходящего был ясен.
— Господи, — выдохнул он. — Это ведь корабль?

sol: Забыв о спине, Парз выпрямился и велел планшету покадрово воспроизвести запись. Различить хоть какие-нибудь подробности было невозможно, но смысл последовательности не вызывал сомнений.
— Боже мой, — выдохнул он. — Это ведь корабль?

pro: Парз, забыв о своей спине, выпрямился и заставил планшет воспроизвести изображение заново, мгновение за мгновением. Было невозможно разглядеть хоть какие-то детали, но смысл последовательности кадров был ясен.
— Боже мой, — выдохнул он. — Это же корабль, не так ли?

flash 3.8: Парз, забыв о больной спине, выпрямился и велел планшету проиграть запись заново, кадр за кадром. Разглядеть хоть какие-то детали было невозможно, но смысл увиденного не вызывал сомнений. — Боже мой, — выдохнул он. — Это ведь корабль?

86

EN: ‘Yes,’ said the Governor. ‘A human ship.’

flash: — Да, — сказал Губернатор. — Человеческий корабль.

opus: — Да, — сказал Губернатор. — Человеческий корабль.

sol: — Да, — ответил Губернатор. — Человеческий корабль.

pro: — Да, — сказал Губернатор. — Человеческий корабль.

flash 3.8: — Да, — ответил Губернатор. — Человеческий корабль.

87

EN: The Qax produced more reports, shards of detail.

flash: Квакс вывел новые отчёты, обрывки подробностей.

opus: Квакс выдал ещё сводки, обрывки подробностей.

sol: Квакс представил новые отчёты, обрывочные крупицы сведений.

pro: Квакс вывел дополнительные отчеты, крупицы деталей.

flash 3.8: Квакс вывел новые отчёты, обрывки подробностей.

88

EN: The ship, camouflaged somehow, had exploded from the surface of the Earth. It had reached hyperspace within seconds, before the orbiting Spline fleet could react.

flash: Корабль, каким-то образом замаскированный, взмыл с поверхности Земли. Он ушёл в гиперпространство за считаные секунды, прежде чем орбитальный флот сплайнов успел среагировать.

opus: Корабль, как-то замаскированный, вырвался с поверхности Земли. Он ушёл в гиперпространство за считаные секунды, раньше, чем успел отреагировать флот сплайнов на орбите.

sol: Корабль, каким-то образом замаскированный, точно взрывом вырвался с поверхности Земли. Он достиг гиперпространства за считаные секунды — прежде чем орбитальный флот сплайнов успел отреагировать.

pro: Корабль, каким-то образом замаскированный, вырвался с поверхности Земли. Он достиг гиперпространства за считанные секунды, прежде чем флот сплайнов на орбите успел отреагировать.

flash 3.8: Корабль, каким-то образом замаскированный, стремительно взмыл с поверхности Земли. Он ушёл в гиперпространство за считаные секунды, прежде чем орбитальный флот сплайнов успел среагировать.

89

EN: ‘And it made it through the tetrahedron?’

flash: — И он прошёл сквозь тетраэдр?

opus: — И он прошёл сквозь тетраэдр?

sol: — И он прошёл сквозь тетраэдр?

pro: — И он прошел сквозь тетраэдр?

flash 3.8: — И он прошёл сквозь тетраэдр?

90

EN: ‘Apparently a group of humans have escaped into the past. Yes.’

flash: — Судя по всему, группа людей бежала в прошлое. Да.

opus: — По-видимому, группа людей бежала в прошлое. Да.

sol: — По-видимому, группа людей бежала в прошлое. Да.

pro: — Судя по всему, группа людей сбежала в прошлое. Да.

flash 3.8: — По всей видимости, группа людей сбежала в прошлое. Да.

91

EN: Parz closed his eyes as exultation surged through him, rendering him young again. So this was why he had been called to orbit.

flash: Парз закрыл глаза: волна ликования захлестнула его, вернув ощущение молодости. Так вот почему его вызвали на орбиту.

opus: Парз закрыл глаза; ликование хлынуло в него, разом возвращая молодость. Так вот зачем его вызвали на орбиту.

sol: Парз закрыл глаза; нахлынувшее ликование вновь сделало его молодым. Вот зачем его вызвали на орбиту.

pro: Парз закрыл глаза, когда сквозь него хлынуло ликование, снова делая его молодым. Вот, значит, зачем его вызвали на орбиту.

flash 3.8: Парз закрыл глаза: его захлестнуло ликование, заставив снова почувствовать себя молодым. Так вот зачем его вызвали на орбиту.

92

EN: Rebellion . . .

flash: Мятеж...

opus: Мятеж…

sol: Восстание…

pro: Мятеж...

flash 3.8: Мятеж…

93

EN: The Qax said, ‘Ambassador. Why did you not warn me of the approach of the Interface device? You say that its mission profile was documented and understood, that it was due to return.’

flash: Квакс сказал:
— Посол. Почему вы не предупредили меня о приближении устройства «Интерфейс»? Вы утверждаете, что программа полёта была задокументирована и понятна, что оно должно было вернуться.

opus: Квакс сказал:
— Посол. Почему вы не предупредили меня о приближении устройства «Интерфейс»? Вы говорите, что план его полёта был описан и понятен, что оно должно было вернуться.

sol: Квакс сказал:
— Посол. Почему вы не предупредили меня о приближении устройства Интерфейса? Вы утверждаете, что план его полёта был известен и понятен, что оно должно было вернуться.

pro: Квакс сказал:
— Посол. Почему вы не предупредили меня о приближении устройства Интерфейса? Вы говорите, что план его экспедиции был задокументирован и понятен, что оно должно было вернуться.

flash 3.8: Квакс произнёс: — Посол. Почему вы не предупредили меня о приближении устройства Интерфейса? Вы утверждаете, что программа его полёта была задокументирована и понятна, что оно должно было вернуться.

94

EN: Parz shrugged. ‘What do you want me to tell you? A mission profile like that, based on the technology of the time, has uncertainty margins measured in centuries. It’s been fifteen hundred years, Governor!’

flash: Парз пожал плечами:
— Что вы хотите от меня услышать? У подобной программы полёта, основанной на технологиях того времени, погрешность измеряется веками. Прошло полторы тысячи лет, Губернатор!

opus: Парз пожал плечами.
— Что вы хотите от меня услышать? У такого плана полёта, при тогдашней технике, погрешность измеряется веками. Прошло полторы тысячи лет, Губернатор!

sol: Парз пожал плечами.
— Что вы хотите от меня услышать? У подобного плана полёта, составленного при тогдашнем уровне технологии, погрешность исчисляется столетиями. Прошло пятнадцать веков, Губернатор!

pro: Парз пожал плечами.
— А что вы хотите, чтобы я вам сказал? У такого плана экспедиции, основанного на технологиях того времени, пределы погрешности измеряются столетиями. Прошло полторы тысячи лет, Губернатор!

flash 3.8: Парз пожал плечами: — Что вы хотите от меня услышать? У подобной программы полёта, рассчитанной на технологиях той поры, погрешность измеряется столетиями. Прошло полторы тысячи лет, Губернатор!

95

EN: ‘Still,’ said the Governor evenly, ‘you would regard it as your duty to warn me of such events?’

flash: — И всё же, — ровным голосом произнёс Губернатор, — разве вы не считаете своей обязанностью предупреждать меня о подобных событиях?

opus: — И всё же, — ровно сказал Губернатор, — вы считали бы своим долгом предупредить меня о подобных событиях?

sol: — И всё же, — ровно произнёс Губернатор, — вы считали бы своим долгом предупреждать меня о подобных событиях?

pro: — И всё же, — ровно сказал Губернатор, — вы сочли бы своим долгом предупредить меня о подобных событиях?

flash 3.8: — И всё же, — ровно произнёс Губернатор, — вы ведь считаете своим долгом предупреждать меня о подобных событиях?

96

EN: Parz bowed his head ironically. ‘Of course. Mea culpa.’ It probably made the Qax feel better to rail at him, he reflected. Well, to absorb blame on behalf of humanity was part of his job.

flash: Парз с иронией склонил голову:
— Конечно. Mea culpa. — Кваксу, наверное, становилось легче, когда он срывал на нём злобу, рассудил Парз. Что ж, принимать на себя вину от лица всего человечества входило в его обязанности.

opus: Парз иронически склонил голову.
— Разумеется. Mea culpa. — Кваксу, вероятно, легче оттого, что есть на кого браниться, подумал он. Что ж, принимать вину за человечество — часть его работы.

sol: Парз насмешливо склонил голову.
— Разумеется. Mea culpa.
Вероятно, кваксу становилось легче, когда он распекал Парза. Что ж, принимать на себя вину от имени человечества входило в его обязанности.

pro: Парз иронически склонил голову.
— Разумеется. Mea culpa. — Вероятно, кваксу становилось легче от того, что он отчитывал его, подумал он. Что ж, принимать на себя вину от лица человечества было частью его работы.

flash 3.8: Парз с иронией склонил голову: — Разумеется. Mea culpa. — Кваксу, наверное, становилось легче, когда удавалось излить на него недовольство, подумал он. Что ж, принимать на себя упрёки от имени человечества входило в его обязанности.

97

EN: ‘And what of the human evacuees? The ship which escaped? Who built it? How did they conceal their intentions? Where did they obtain their resources?’

flash: — А что насчёт беглецов? Скрывшегося корабля? Кто его построил? Как им удалось утаить свои намерения? Где они раздобыли ресурсы?

opus: — А что до сбежавших людей? Корабль, который ушёл? Кто его построил? Как они скрыли свои намерения? Откуда взяли средства?

sol: — А что насчёт эвакуировавшихся людей? Сбежавшего корабля? Кто его построил? Как они скрыли свои намерения? Откуда взяли ресурсы?

pro: — А как насчет сбежавших людей? Корабля, который вырвался? Кто его построил? Как они скрыли свои намерения? Где они раздобыли ресурсы?

flash 3.8: — А что с беглецами? С кораблём, которому удалось ускользнуть? Кто его построил? Как они скрыли свои намерения? Где достали ресурсы?

98

EN: Parz smiled, feeling his papery old cheeks crumple up. The tone of the translator box continued as sweetly, as sexily even as ever; but he imagined the Qax boiling with unexpressed rage within its womblike Spline container. ‘Governor, I haven’t the first idea. I’ve failed you, obviously. And do you know what? I don’t give a damn.’ Nor, he realized with relief, did he care about his own personal fate. Not any more.

flash: Парз улыбнулся, чувствуя, как собираются складками его пергаментные старческие щёки. Блок-переводчик по-прежнему вещал столь же сладко, даже чувственно, как и всегда, но Парз представлял себе, как Квакс закипает от невысказанной ярости внутри своего похожего на утробу контейнера в недрах сплайна.
— Губернатор, понятия не имею. Я явно подвёл вас. И знаете что? Мне плевать. — А кроме того, с облегчением осознал он, ему больше не было дела и до собственной участи. Больше нет.

opus: Парз улыбнулся, чувствуя, как сминаются в складки сухие, как бумага, старые щёки. Тон блока-переводчика оставался всё таким же сладким, чуть ли не соблазнительным; но Парзу представлялось, как квакс кипит невысказанной яростью внутри своего утробного сплайнового вместилища.
— Губернатор, не имею ни малейшего понятия. Очевидно, я вас подвёл. И знаете что? Мне на это плевать. — И на собственную участь, понял он с облегчением, ему тоже плевать. Больше нет.

sol: Парз улыбнулся, чувствуя, как сморщились его старые, пергаментные щёки. Блок-переводчик по-прежнему говорил всё тем же сладким, даже чувственным голосом; однако Парз представлял, как квакс кипит от невысказанной ярости внутри сплайна, служившего ему подобием утробы.
— Губернатор, я понятия не имею. Очевидно, я вас подвёл. И знаете что? Мне плевать.
И, с облегчением понял он, собственная участь его тоже больше не заботила.

pro: Парз улыбнулся, чувствуя, как сморщиваются его старые, похожие на пергамент щеки. Тон блока-переводчика оставался таким же сладким, даже сексуальным, как всегда; но он представлял себе квакса, кипящего от невыраженной ярости внутри своего подобного матке сплайнового контейнера.
— Губернатор, я понятия не имею. Я очевидно подвел вас. И знаете что? Мне на это плевать. — Как он с облегчением осознал, его не волновала и собственная личная судьба. Больше нет.

flash 3.8: Парз улыбнулся, чувствуя, как сморщились его пергаментные старческие щёки. Голос блока-переводчика звучал всё так же сладко, даже соблазнительно, как и всегда; но он представлял, как квакс буквально кипит от затаённой ярости в похожем на утробу контейнере сплайна. — Губернатор, понятия не имею. Я явно не оправдал ваших надежд. И знаете что? Мне плевать. — Как он с облегчением осознал, собственная судьба его тоже больше не волновала. Больше нет.

99

EN: He had heard that those close to death experienced a calm, an acceptance that was close to the divine - a state that had been taken from humanity by AS technology. Could that describe his mood now, this strange, exultant calmness?

flash: Он слышал, что стоящие на пороге смерти испытывают покой, смирение, близкое к божественному, — состояние, которого человечество лишилось с появлением АС-технологии. Не это ли чувство владело им сейчас — странное, ликующее спокойствие?

opus: Он слышал, что близкие к смерти испытывают покой, приятие, граничащее с божественным, — состояние, которого АС-технология лишила человечество. Не оно ли и есть его нынешнее настроение, эта странная, ликующая безмятежность?

sol: Он слышал, что люди перед смертью обретают покой, смирение, почти соприкасающееся с божественным, — состояние, которого АС-технология лишила человечество. Не это ли он чувствовал сейчас — странное, ликующее спокойствие?

pro: Он слышал, что те, кто близок к смерти, испытывали спокойствие, смирение, близкое к божественному — состояние, которое было отнято у человечества АС-технологией. Могло ли это описать его нынешнее настроение, это странное, ликующее спокойствие?

flash 3.8: Он слышал, что стоящие на пороге смерти испытывают покой, смирение, близкое к благодати, — состояние, которого человечество лишилось из-за технологии АС. Не это ли чувство владело им сейчас — это странное, ликующее спокойствие?

100

EN: ‘Ambassador,’ the Qax snapped. ‘Speculate.’

flash: — Посол, — отрезал Квакс. — Выскажите предположения.

opus: — Посол, — отрезал квакс. — Стройте предположения.

sol: — Посол, — рявкнул квакс. — Стройте предположения.

pro: — Посол, — рявкнул квакс. — Предполагайте.

flash 3.8: — Посол, — отрезал квакс. — Стройте предположения.

101

EN: ‘You speculate,’ Parz said. ‘Or are you unable to? Governor, the Qax are traders - aren’t you? - not conquerors. True emperors learn the minds of their subjects. You haven’t the first idea what is going on in human hearts . . . and that is why you are so terrified now.’ His eyes raked over the faceless interior of the flitter. ‘Your own, awful ignorance in the face of this startling rebellion. That’s why you’re scared, isn’t it?’

flash: — Сами предполагайте, — ответил Парз. — Или вы на это не способны? Губернатор, кваксы — торговцы, не так ли? А вовсе не завоеватели. Истинные повелители изучают умы своих подданных. Вы понятия не имеете, что творится в сердцах людей... и именно поэтому вы сейчас в таком ужасе. — Его взгляд скользнул по безликому интерьеру флиттера. — Ваше собственное кошмарное невежество перед лицом этого внезапного мятежа. Вот почему вы напуганы, верно?

opus: — Стройте сами, — сказал Парз. — Или не можете? Губернатор, кваксы ведь торговцы, не завоеватели. Настоящие императоры узнают ум своих подданных. Вы не имеете ни малейшего понятия, что творится в человеческих сердцах… вот отчего вам сейчас так страшно. — Взгляд его прошёлся по безликому нутру флиттера. — Ваше собственное чудовищное невежество перед лицом этого внезапного мятежа. Вот отчего вы напуганы, верно?

sol: — Сами и стройте, — сказал Парз. — Или вы неспособны? Губернатор, кваксы — торговцы, верно? Не завоеватели. Истинные императоры постигают умы своих подданных. Вы понятия не имеете, что творится в человеческих сердцах… и потому сейчас так напуганы.
Его взгляд обшарил безликий салон флиттера.
— Ваше собственное, чудовищное невежество перед лицом этого поразительного восстания. Вот почему вам страшно, не так ли?

pro: — Сами предполагайте, — сказал Парз. — Или вы не способны? Губернатор, кваксы — торговцы, разве не так? А не завоеватели. Истинные императоры познают умы своих подданных. Вы понятия не имеете, что творится в человеческих сердцах... и именно поэтому вы сейчас так напуганы. — Его взгляд скользнул по безликому интерьеру флиттера. — Ваше собственное, ужасное невежество перед лицом этого поразительного мятежа. Вот почему вам страшно, не так ли?

flash 3.8: — Сами стройте предположения, — ответил Парз. — Или не способны? Губернатор, ведь кваксы — торговцы, верно? Не завоеватели. Истинные повелители постигают мысли своих подданных. Вы же понятия не имеете, что творится в сердцах людей… и именно поэтому вы сейчас в таком ужасе. — Он окинул взглядом безликое нутро флиттера. — Ваше собственное вопиющее невежество перед лицом этого ошеломительного мятежа. Вот почему вам страшно, не так ли?

102

EN: The translator box hissed, but was otherwise silent.

flash: Блок-переводчик зашипел, но больше не произнёс ни звука.

opus: Блок-переводчик зашипел, но больше не издал ни звука.

sol: Блок-переводчик зашипел, но больше не издал ни звука.

pro: Блок-переводчик издал шипение, но в остальном промолчал.

flash 3.8: Блок-переводчик зашипел, но больше не издал ни звука.